Пятница 25 Май 2018

Герой без звания Героя

Житель Владивостока Василий Чебоксаров 31 год ждёт обещанного ему звания Героя Советского Союза

31 год назад группа бойцов, возглавляемая ныне жителем Владивостока Василием Чебоксаровым, захватила переносные зенитно-ракетные комплексы «Стингер». Это были именно те американские ПЗРК, которыми афганские моджахеды сбивали советскую авиацию в Афганистане и за захват которых командование 40-й армии обещало звание Героя Советского Союза. Уже спустя два дня после боя Василия Агафоновича представили к званию «Герой Советского Союза» с присвоением ордена Ленина. Но обещанной высокой награды он так и не получил.

 

Главный бой в жизни жителя Владивостока Василия Чебоксарова случился 5 января 1987 года. На тот момент он уже почти два года выполнял интернациональный долг в Афганистане в 186-м отдельном отряде специального назначения.

В сентябре 1986 года его досмотровой группой № 711 в окрестностях кишлака Пургиль был уничтожен так называемый исламский комитет, захвачено много документов, зеленое знамя и 15 кг героина, который бойцы сожгли вместе с машинами моджахедов. За эту операцию Василий Агафонович незадолго до возвращения в Советский Союз был удостоен ордена Красного Знамени. Но тот самый бой, о котором будут говорить и спустя десятилетия, произошел через четыре месяца, 5 января 1987 года.

— Осенью 1986 года от командующего 40-й армией Бориса Громова поступили две телеграммы, — вспоминает Василий Агафонович. — Первая, что американцы начали поставлять моджахедам переносные зенитно-ракетные комплексы «Стингер» для борьбы с нашими воздушными объектами. Было объявлено, что командир, чья группа первой захватит образец этого вооружения, будет представлен к званию Героя Советского Союза. Но так как ПЗРК никто так и не захватил, немного позже пришла другая телеграмма: что к званию Героя представят уже всю группу. Естественно, желающих выполнить эту задачу любой ценой и стать Героем было предостаточно.

5 января в 9 утра я со своей 711-й досмотровой группой из 14 человек вылетел в район зоны ответственности отряда для обнаружения и проверки караванов. Вместе с нами, но уже с другой задачей отправились майор Сергеев и лейтенант Ковтун. Им предстояло осмотреть местность и выбрать наиболее подходящее место для засады. Летели парами: два Ми-24 и два — Ми-8.

Вначале взяли направление в сторону города Калата, сделали разведку местности, подобрав для засады высохшее русло реки. А затем, уже выполняя мою задачу, полетели по ущелью и далее — над проселочной дорогой, держась метрах в 15 от земли. Никаких караванов с душманами не обнаружили. И вдруг в эфире слышу: «Нас подбили». Начались переговоры между летчиками, суматоха. Оказалось, что с земли был произведен пуск ПЗРК, две ракеты прошли перед ведущими Ми-8 и Ми-24. Летчики увидели вспышку и летящую ракету, которая пролетела прямо перед носом «вертушки». Позже оказалось, что выстрелы были произведены из «Стингеров», но они прошли мимо. Сразу даю команду садиться. Не успели приземлиться, все, кроме, естественно, летчиков, выскочили из вертолета. Смотрю: перед нами в 50–100 метрах — душманы. По моей команде бойцы развернулись в цепь и пошли в атаку, стреляя на ходу. Били друг друга практически в упор. Очень хорошо помогли вертолетчики. Огневая атака с поддержкой вертолетов была такая, что после нее душманы были просто лишены возможности оказать какое-либо серьезное сопротивление.

Всё было очень скоротечно, дошло даже до рукопашной. Мой пулеметчик Сафаров, таджик по национальности, когда закончились патроны, кинулся и сбил «духа» прикладом своего пулемета Калашникова. С нашей стороны не было ни убитых, ни раненых. А мы в ходе боя уничтожили 14 мятежников, двоих взяли в плен. Одного приволок лейтенант Валерий Антонюк, молодой командир взвода, который полетел со мной на стажировку, еще одного захватил я. Бежал за ним метров 100, стрелял по нему трассерами. Было видно, как пули прошивают его, а он бежит. Когда его притащил, положили в вертолет, оказали первую медицинскую помощь, однако он скончался. У пленного, которого взял Антонюк, от пулевого ранения кишка торчала сантиметров на 10. Вот его и привезли. «Стингеры» нашли, когда делали проческу местности после боя, собирая трофеи. Один был целый, два — использованных: транспортно-пусковые контейнеры. О находке сразу сообщили в батальон.

По возвращении в батальон поступила задача срочно доставить «Стингеры» в штаб бригады, в Кандагар. Этим занялся майор Сергеев, который улетел в штаб с захваченными образцами и документацией. А я часа через два со своей группой опять вылетел на место боя, где остались заминированные нами тела душманов. Но там было всё без изменений, и мы вернулись обратно.

Уже 7 января 1987 года, через два дня после боя, командиром 186-го отдельного отряда специального назначения 22-й отдельной бригады СН майором Нечитайло было подготовлено представление на присвоение Василию Чебоксарову звания Героя Советского Союза. В частности, там говорилось: «Старший лейтенант Чебоксаров В. А. выполняет интернациональный долг на территории ДРА с 7 апреля 1985 года. После представления к ордену Красного Знамени 8.9.86 г. участвовал в семи боевых выходах по уничтожению караванов мятежников, проявив при этом мужество и героизм… Так, 5.01.87 г., командуя досмотровой группой в районе 30 км, юго-западнее Калат, умело руководил действиями подчиненных по захвату каравана. Проявив отвагу и героизм, организовал бой под обстрелом мятежников. Смелыми и решительными действиями группы под его руководством уничтожено 15 мятежников, захвачено 3 ПУ ПЗРК «Стингер», 5 единиц СО, три мотоцикла и документы. Лично захватил ПУ ПЗРК «Стингер» в сборе. Группа потерь не имела. Вывод: за мужество и героизм, проявленные при исполнении интернационального долга, умелые действия по захвату секретного образца вооружения мятежников достоин присвоения звания ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА с присвоением ордена Ленина».

— Спустя некоторое время я узнал, что сверху пришло распоряжение меня и сержанта Марата Айтбаева, моего заместителя, представить к званию Героя, — продолжает ветеран. — Нас сфотографировали, напечатали представление и отправили. А весь остальной личный состав группы представили к орденам Красной Звезды и медалям «За отвагу».

Через неделю меня, сержанта Айтбаева и переводчика младшего лейтенанта К. Скоробогатова отправили делегатами на III комсомольскую конференцию 40-й армии, которая проходила в Кабуле. На конференции первый секретарь ЦК ВЛКСМ Борис Николаевич Пастухов вызвал меня с сержантом на сцену, вручил нам комсомольские значки «За воинскую доблесть», часы с надписью «За мужество и героизм» и при всех сказал, что мы представлены к званию Героя Советского Союза за захват «Стингера».

И… на этом всё и окончилось. Подошел срок возвращаться в Советский Союз, пришел орден Красного Знамени, которым он был награжден за уничтожение исламского комитета. Но звание Героя ему так и не было присвоено. Ни тогда, ни спустя много лет.

— Переживал, конечно, было дело, — вспоминает Василий Агафонович, после окончания службы переехавший во Владивосток. — Но жизнь есть жизнь, останавливаться на этом не надо. Как писал Лев Толстой в романе «Война и мир», «надо жить, надо любить, надо верить».

Роман ВИНОКУРОВ.

P.S. Пока верстался номер, стало известно, что Василий Чебоксаров ушел из жизни.

 

Фото Василия Чебоксарова.

Автор выражает благодарность Виталию Тюрину.

Написать комментарий

XHTML: You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

2 Комментарий (ев)

  1. Ещё до выхода статьи, 15.02.2018 Чебоксаров Василий Агафонович умер…. А 3 марта 2018 он был похоронен на Родине в Омской области г. Исилькуль.

  2. Нельзя забывать героев,и в память о них нужна называть улицы, площади , школы где они учились.Это воспитание подрастающего поколения.