Среда 21 Август 2019

Кавказская война Григория Емца

Ветеран вплавь переплывал Дон, получил тяжёлое ранение, а после восстановления делал снаряды

 

 

Григорию Емцу выпало отступать в 1942 году от Восточной Украины до предгорий Кавказа. Был тяжело ранен, а после лечения в Грузии и реабилитации на родине, в северо-западном Казахстане, до конца войны делал снаряды на Урале. В феврале ему исполнилось 99 лет.

 

Бедняки

Ровесник Гражданской войны Григорий Филонович Емец родился 20 февраля 1920 года в селе Григорьевке, под Уральском Западно-Казахстанской области. Жили бедно: имели с 10 га земли, верблюда и две коровы, такая семья считалась бедняцкой. Поэтому во время начавшейся в 1929 году коллективизации и раскулачивания их не тронули. Григорий окончил четыре класса и с пятнадцати лет работал в колхозе.

 

«Товарищи, война»

В армию его забрали в октябре 1940 года, на тот момент ему исполнилось 20. Служил в Краснодаре в НКВД, в 126-м батальоне конвойных войск, конвоировал заключённых. Весной 1941-го батальон убыл под Пятигорск на учения, которые должны были продолжаться до 1 июля. Расположились лагерем возле горы Бештау. А 22 июня, в воскресный день, предполагалось хорошо отдохнуть. Военнослужащие прибыли на гору Машук, чтобы приятно провести время, но отдыха не получилось:

— В десять утра нас выстроили, — вспоминает ветеран, — батальонный комиссар забрался на высокий камень и объявил: «Товарищи, сегодня в четыре часа ночи Германия напала на Советский Союз. Началась война».

В Краснодар не вернулись, так и оставшись лагерем под Пятигорском.

Вскоре в расположение части пришёл приказ об отправке на фронт. Забрали всех, за исключением семерых, имевших проблемы со здоровьем. Среди них оказался и Григорий, которого сильно беспокоило колено.

 

                                    Фото: Григорий Емец — крайний справа

 

Пулемёт «Максим»

Вместо убывших сослуживцев из Пятигорска в лагерь приходили новые солдаты. Военнослужащие обучались обращению со станковым пулемётом «Максим», взваливали его на спину (он разбирался на три части общим весом 64 кг) и таким образом совершали марш-броски по горам.

— Я никогда так не потел, как во время тех учений, — говорит с улыбкой Григорий Филонович, — даже в колхозе.

Тогда же он получил свою воинскую должность — «второй номер» станкового пулемёта. В его обязанности входило подавать пулемётную ленту для «первого номера», который вёл огонь по противнику. Так как «Максим» во время стрельбы сильно нагревался, ещё один человек отвечал за его охлаждение водой. Всего к пулемёту прикрепляли шесть человек, составлявших отделение.

 

Не тихий Дон

В феврале 1942-го его взвод направили в Ворошиловск (нынешний Алчевск под Луганском), проживали по несколько человек на отдельных квартирах. Но затем началось отступление. Отходили по направлению к Ворошиловграду (нынешнему Луганску) и затем — к Дону. Там ночью перед переправой на левый берег он и принял свой первый бой.

— Рядом с нами шла железная дорога, — рассказывает ветеран, — вели огонь через насыпь. А потом пришлось отступать. Наших командиров мы почему-то не нашли. Но рядом с нами оказался командир какого-то другого подразделения, который распорядился, чтобы всех раненых переправили на большой лодке на противоположный берег Дона. А затем лодка должна была прийти за нами. Но она не пришла. Тогда командир сказал переправляться, кто как может. Мы нашим отделением приняли решение выломать часть находившегося поблизости деревянного забора. Установили на него пулемёт «Максим», сняли с себя и положили туда же обувь. Уже зашли по шею в воду. И, держась за забор, собирались таким образом переправиться. Но повалившие за нами солдаты с ручными пулемётами стали хвататься за наш плот и перевернули его вместе со станковым орудием. Ещё одно отделение переправлялось в стороне от нас, а два других даже не стали заходить в воду. Думаю, они сдались. А, когда мы уже переправлялись через реку, возможно, и стреляли в нашу сторону.

 

Под миномётным огнём

Погибло много людей. На противоположную сторону Григорий выплыл с ефрейтором Николаем Яровым. Вместе с ним и ещё с другими отдельными группами солдат дошли до Батайска и, не заходя в город, который подвергался обстрелу, двинулись дальше на юг. Босые. Но, к счастью для них, вооружённые. При хаотичном отступлении многие бросали своё оружие. Так им удалось обнаружить две брошенные винтовки. По дороге их подобрал ЗИЛ-5, на котором они доехали до Майкопа. А дальше — горы, дорога заканчивалась.

— Я был простым солдатом, — рассказывает Григорий Филонович, да ещё и в отступлении. Совершенно не знал, что происходит и где именно мы находимся. Поэтому, когда под Майкопом один из командиров сказал мне, ефрейтору Яровому и ещё одному солдату Лещенко выполнить боевую задачу, безропотно подчинился. Вернулись назад на несколько километров. Там наши позиции и противника отделяла горная речка. Нам втроём предстояло перейти ночью водную преграду, обойти немцев с фланга и открыть по ним огонь из пулемёта «Максим». Что мы и сделали, начав стрелять в их сторону. Но в ответ немцы открыли по нам миномётный огонь. Лещенко убило сразу. Мне осколками перебило левое предплечье, кость в районе локтя и три ребра слева. А ефрейтор Яровой встал, должно быть, контуженный и ничего не соображающий, и куда-то пошёл. Я остался один и, истекая кровью, стал переправляться назад через реку. Немцы пустили рядом со мной две пулеметные очереди, я упал. Они, возможно, думая, что я погиб, прекратили огонь. После чего мне удалось выбраться к своим.

Григорий Емец сначала попал в полевой госпиталь. Затем его направили в распределительный пункт в санаторий имени Сталина в Гаграх. А оттуда через Сухуми — в Гори. Здесь он пробыл с августа по октябрь, перенёс операцию — из ребер вытащили два осколка (осколки из руки извлекли уже дома — в Казахстане). Во время лечения посетил дом, где жил Иосиф Сталин, ежедневно на обед по распоряжению врача пил по стакану вина. Но всё-таки оказался очень слаб. А по окончании лечения ему присвоили на шесть месяцев вторую группу инвалидности и разрешили ехать домой.

Возвращался через Баку, на пароходе «Коллонтай» пересёк Каспий до Красноводска, далее Ташкент — и, наконец, родная Григорьевка.

 

Снаряды фронту

Спустя шесть месяцев его вызвали на переосвидетельствование, где военная комиссия подтвердила, что он не пригоден для фронта. Рёбра зажили, но левая рука всё ещё не разгибалась. Но так как работать он был в стоянии, его увезли на Урал в Свердловскую область, в город Серов, где на заводе № 76 до конца войны делал снаряды.

— Я работал грузчиком, — продолжает ветеран, — вместе с напарником катал по узкоколейке вагонетку, гружёную 100 снарядами. Всего на заводе трудились двенадцать тысяч человек. Работали в две смены по одиннадцать часов. Каждая смена выдавала по вагону снарядов, которые сразу же отправляли на фронт.

 

В Приморье

Там же после войны, на лесозаготовках, он нашёл свою суженую — Марию Антоновну, которая подарила ему четырёх дочерей и одного — младшего — сына. На Урале у них родилась первая дочь Татьяна, на Алтае, куда они затем переехали, — Екатерина. А после они решили приехать в Приморье, откуда была родом его жена. Жили в Ворошилове (нынешний Уссурийск), в Орловке Анучинского района, пятьдесят лет — в селе Майское Ханкайского района. Последние десять лет ветеран живёт в Уссурийске.

 

Фото: Григорий Емец — крайний слева, его жена — с балалайкой, с. Майское, Приморский край, 1950-е годы

 

Навстречу столетию!

Григорий Филонович награждён двумя орденами Отечественной войны, медалями «За отвагу», «За победу над Германией», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». У него десять внуков, десять правнуков и два праправнука. 20 февраля 2020 года, в день своего рождения, он хочет собрать всех своих родных и отметить столетний юбилей в ресторане.

Роман ВИНОКУРОВ.

Написать комментарий

XHTML: You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

0 Комментарий (ев)