Воскресенье 29 Ноябрь 2020

Невельской против Муравьёва

Противостояние, подарившее России новые земли на востоке

 

Фото (d.radikal.ru): Геннадий Невельской…

 

 

Фото (upload.wikimedia.org): …и его «патрон» Николай Муравьёв.

 

 

17 апреля 1876 года скончался легендарный исследователь Дальнего Востока Геннадий Невельской. Его жизнь и хроника путешествий исследованы и описаны вдоль и поперёк, и потому повторяться нет смысла. Однако одна из малоизученных сторон его биографии, которая в некоторой степени и сподвигла его на знаменательные открытия, и сегодня представляет исторический интерес. Речь — о его негласном противостоянии с генерал-губернатором Восточной Сибири Николаем Муравьёвым.

 

 

Не за деньги, ордена и заслуги

 

МУРАВЬЁВ. Родился в 1809 году в богатой аристократической семье, по личному распоряжению императора Александра I был зачислен в Пажеский корпус. С 19 лет в действующей армии, в 24 года по состоянию здоровья службу оставил и последующие годы занимался ничегонеделанием (своим имением) в Виленской губернии. Из политического небытия отставного генерал-майора извлёк уже царь Николай I, назначивший его тульским губернатором. Но Муравьёв высочайшее доверие оправдал лишь частично: первым из губернаторов империи поднял вопрос об освобождении крестьян и отправил коллективное (по тем временам — дело неслыханное) прошение, подписанное местными помещиками, государю. Дело осталось без движения, но Николай I от греха подальше объявил вольнодумцу, что ссылает его в «тьмутаракань»… тьфу-тьфу, то есть переводит на должность исполняющего обязанности генерал-губернатора Восточной Сибири. Очень логичный шаг. Ведь крестьян там не особенно много водилось — и бороться за их освобождение новому губернатору было бы уж вовсе не с руки.

 

НЕВЕЛЬСКОЙ. Почти ровесник своего будущего руководителя, младше всего на четыре года. Семья тоже не бедная, представляющая два дворянских рода. Окончил Морской корпус. Получил чин лейтенанта, но в военных действиях, в отличие от Муравьёва, участия не принимал. Службу нёс не особо напряжную — вахтенным офицером при великом князе Константине Николаевиче в составе эскадры адмирала Фёдора Литке. Эскадра эта в дальних плаваниях участия не принимала, в основном перемещалась в пределах Европы. Можно предположить, что именно эти 10 лет вынужденного полубезделья вызвали желание Невельского встряхнуть свою жизнь. И в 1846 году он напросился на должность командира строившегося транспортного судна «Байкал», которое должно было отправиться на Камчатку с грузом. И отправится. Как покажет будущее — за славой…

 

Первая их встреча состоялась в декабре 1847 года в Петербурге, где представили друг другу командира «Байкала» и генерал-губернатора. Дружески пообщались, обсудили вопрос о судоходности Амура. Оба — патриоты Отечества и, наверное, должны были стать единомышленниками и друзьями — и не получилось. Но почему?

 

 

Фото (to-ros.info): «Где раз поднят русский флаг, там он спускаться не должен».

 

 

«Дерзкий и противный высочайшей воле»

 

За давностью лет по этому поводу можно строить лишь предположения. Но сначала — факты. Так, все свои действия Невельской, конечно же, был обязан согласовывать с генерал-губернатором Муравьёвым, фактически — наместником царя на Дальнем Востоке. Но он этого не делал, ведя всю деловую переписку напрямую с министерствами и ведомствами в Петербурге. То есть своё прямое начальство ни во что не ставил (в народе используется выражение куда крепче). Это, конечно, не могло не вызывать непонимания и раздражения со стороны генерал-губернатора.

 

Почему исследователь так поступал? Предположение, оправдывающее его, может быть только одно: не хотел подставлять начальство. Просто в те времена исследовательско-географическая самодеятельность на Дальнем Востоке самодержцем решительно не приветствовалась, так как любые не согласованные с Петербургом телодвижения в этой деликатной сфере могли вызвать ненужные осложнения с соседним Китаем (пограничные территории с которым в Заамурье оставались фактически не разграниченными). Однако Геннадий Иванович этими формальностями пренебрёг и, как это ни парадоксально, тем самым внёс неоспоримый вклад в прирастание России новыми землями. Но при этом формально противостоял Петербургу, а фактически — его наместнику Николаю Муравьёву. Вот краткая хроника «непослушания» и её итоги.

 

Май 1849 года. В отсутствие инструкции об исследовании устья Амура, самовольно, Невельской отправляется в Амурский лиман. По пути открывает остров Сахалин (ранее считавшийся полуостровом). Во главе отряда из трёх шлюпок направляется к устью Амура, производит детальное его обследование и делает вывод: река доступна для прохода морских судов.

 

Июнь 1850 года. Новый самовольный поход по Амуру, в ходе которого Невельской натыкается на китайских маньчжур. Он встречается с местным их лидером и ведёт с ним опасный и непредсказуемый диалог: «Он дерзко и важно спросил меня, зачем и по какому праву я пришёл сюда. В свою очередь и я спросил маньчжура, зачем и по какому праву он здесь находится. …Так как русские имеют полное и единственное право быть здесь, то я требую, чтобы он со своими маньчжурами немедленно оставили эти места. На это маньчжур, указывая на окружавшую его толпу, потребовал от меня, чтобы я удалился и что в противном случае он принудит меня сделать это силой… В ответ на эту угрозу я выхватил из кармана двухствольный пистолет и, направив его на маньчжур, объявил, что если кто-либо осмелится пошевелиться,… то в одно мгновение его не будет на свете. Маньчжуры сейчас же отступили», — так вспоминал свои геройские действия отважный путешественник. Да, смело — но ведь и сам мог пулю получить в ответ! Пронесло, и 1 августа 1850 года на мысе Куегда проходит церемония торжественного подъёма русского флага и основание первого российского форпоста на Амуре — Николаевского поста. Реакция правительственных чиновников предсказуема: пост ликвидировать, а Невельского за «дерзкие и противные высочайшей воле действия» разжаловать в рядовые. Ситуацию, как ни странно, разруливает Муравьёв. Наплевав на личные обиды и проявив государственную мудрость, он энергично заступается за опального путешественника и доказывает Николаю I целесообразность занятия бассейна Амура, так сказать, по факту. Император, выслушав доклад заступника, называет поступок Невельского «молодецким, благородным и патриотическим», награждает его орденом Святого Владимира жиденькой 4-й степени, а на доклад Особого морского комитета о «непотребствах» Невельского налагает вполне себе крылатую резолюцию: «Где раз поднят русский флаг, там он спускаться не должен». Но при этом, во избежание дипломатических осложнений, самодержец предписывает Николаевский пост оставить лишь в виде… лавки Российско-американской компании и никаких дальнейших распоряжений и действий по занятию территорий не предпринимать.

 

 

Фото (static.elitsy.ru): Памятник Невельскому стал первым, установленным во Владивостоке. 1891 год.

 

 

Прикрыв Невельского, Муравьёв более с ним не встречается, а отношения поддерживает в эпистолярном жанре. И уже через год получает от неисправимого и неуправляемого исследователя скандальное предложение: «…не следовать указаниям Петербурга, так как при таких мерах мы легко можем потерять навеки для России этот важный край». Да, логично и верно! Но… Эй, субординация, ты где?! И адресат, не дождавшись ответа, продолжает свою самостийную географическую эпопею…

 

Февраль 1852 года — поход вглубь Приамурья и на север Приморья.

 

Сентябрь 1853 года — новый исследовательский десант на остров Сахалин. И далее, как говорится, везде — рассылаются по региону казачьи отряды с конкретными расширяющими российские владения целями. Казаки организуют не предусмотренные целями экспедиций разборки с аборигенами — гиляками и орочами, пытаясь выдрать с них взимаемый непонятно в чью пользу оброк…

 

И терпение Муравьёва наконец лопается: в 1856 году он упраздняет Амурскую экспедицию и передаёт все её дела в ведение камчатского губернатора Василия Завойко. А через год исследователь-бунтарь новым царём Александром II отзывается «на повышение» в Петербург, где ему жалуют пожизненную пенсию и членство в Морском техническом комитете.

 

…В 1864-м ставшего паркетным генералом исследователя пожалуют титулом вице-адмирала, через 10 лет произведут в полные адмиралы. Лавры, в итоге полученные от самоуправных путешествий Невельского, достанутся его начальнику Муравьёву и прибавят к его фамилии звучный титул «Амурский». Геннадий Иванович успеет написать книгу о своих путешествиях и скончается на 62-м году жизни. Его бывший «патрон», Николай Николаевич за разногласия с самодержцем также будет отставлен от должности в 1861 году. Покинет Россию и спустя 20 лет скончается от гангрены в Париже. Там же и найдёт своё вечное упокоение.

 

Да, открыто они никогда не враждовали — но смерть помирила их окончательно…

 

 

Геннадий ОБУХОВ.

 

 

Написать комментарий

XHTML: You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

0 Комментарий (ев)