Воскресенье 29 Ноябрь 2020

«Золотая жила» Василия Кучерявенко

 

Сегодня произведения приморского писателя могут быть востребованы как никогда: ведь они внушают стойкость, надежду и оптимизм

 

 

Фото (navsource.org)

 

 

Помнится, в семидесятых годах прошлого столетия, школьники зачитывались приключенческой повестью «Перекоп» ушёл на юг», в которой рассказывалось о перипетиях спасения наших моряков с потопленного японцами судна «Перекоп». Как они очутились на малообитаемом острове Большая Натуна, прожили здесь длительное время и подружились с экзотическими малайцами, а затем на шлюпках добрались на остров Борнео…

 

Примерно в таком увлекательном ключе творил автор «Острова сокровищ» Роберт Льюис Стивенсон — но его книжки не каждый мог достать. И было очень неожиданно разыскать в школьной библиотеке его советского литературно-стилевого тёзку. Конечно, имя автора не запомнилось (да и навряд ли оно в подростковом возрасте кого могло заинтересовать). Однако спустя десятилетия оказалось, что он — наш приморский писатель, и зовут его Василий Кучерявенко.

 

Вчера, 21 апреля, мы могли бы вспомнить своего прославленного земляка и достойно отметить 110-летний юбилей со дня его рождения. Не вспомнили, не отметили. Может быть, потому, что за давностью лет его проза, как это ныне цинично говорят, «не устояла» — то есть оказалась не созвучной нынешней эпохе, а потому не востребованной и никому не нужной?..

 

 

Фото (coollib.net): Иллюстрация к книге «Перекоп» ушёл на юг».

 

 

Весь мир как фактура

 

Василий родился 21 апреля 1910 года в Екатеринославе в рабочей семье, учился в школе, слесарил на заводе. Комсомолец, в 20 лет — коммунист. Так бы и прошла вся жизнь по партийному клише и заводскому гудку, но захотелось юноше приключений и романтики. Поэтому в 1931 году по комсомольской путёвке он отправился на Дальний Восток. Прибыв в Хабаровск, возглавил краевую газету «Знамя пионеров», но редакторствовал недолго: на следующий год был призван служить на Тихоокеанский флот. Служил на совесть, проявил себя идеологическим активистом, и после «дембеля» ЦК ВЛКСМ направил его освобождённым комсоргом на строительство рудника в Тавричанке.

 

Свой первый рассказ «Под песнь стали» он пишет в 28 лет, рукопись отправляет светилу пролетарской литературы Максиму Горькому. Любопытно, но ответ пришёл. Рассказ оказывается сплошь исчёрканным карандашом в два цвета (означающих стилистические и грамматические ошибки), при этом мэтр советует Василию «не писать пока рассказов, а учиться и заняться сбором сказок, легенд и преданий у местных старожилов». Тот совет маститого рецензента берёт как руководство к действию — и у него получается! Время мотаться по региону у комсорга есть — и в 1939 году выходит его книга «Сказки Дальнего Востока», где наряду с русскими им записаны и неплохо литературно обработаны сказки чукотские, эвенкийские, нанайские, ульчские и удэгейские.

 

Начавшаяся Великая Отечественная не вносит существенных корректив в судьбу политработника. Всю войну он плавает на судах ДВМП на должности помполита, что приносит ему пару юбилейных медалей за победу в Великой Отечественной войне и «за победу над Японией». Эта война собрала с его семьи свою жатву: фашисты расстреляли сестру начинающего писателя и жену его брата. Сам же брат, старший лейтенант Александр Кучерявенко, гибнет в бою за освобождение Восточной Пруссии. Но Василий выжил, и у него — ни царапины. Значит, карта судьбы так легла. Она сберегла его и подарила Союзу писателей СССР ещё одного члена, а советским читателям — интересного и плодовитого прозаика, умеющего писать пусть и не совсем грамотно (наверняка грамматические «хвосты» за ним всегда подчищали корректоры издательств), но зато увлекательно и вдохновенно. И лучше всего из-под его пера выходят повести и рассказы на морскую тематику: именно они становятся творческой «золотой жилой» автора и приносят ему заслуженную известность.

 

После войны Василий Трофимович работает корреспондентом краевой газеты «Красное знамя», ответственным секретарём альманаха «Советское Приморье», корреспондентом журнала «Вокруг света» — и много колесит по миру. Фактура для его литературных произведений — вся планета. Ну а что касается партбилета КПСС, что лежит в его кармане и наверняка не очень греет свободолюбивую творческую душу… Вопрос непростой. Конечно, идеологическая составляющая в его текстах имеется — но лишь в самых необходимых минимальных количествах, достаточных для выхода его книг стотысячными тиражами в тоталитарном государстве. Но коммунисты как персонажи при этом всё равно человечны, искренни и «обедни не портят». Наверное, необходимость славить родную партию Кучеревянко всё же грузит, потому как, побывав в загнивающей капиталистической Америке, он издаст сборник рассказов «На американском берегу», в котором идеологии — мизер, зато сквозит уважение к прогрессивной американской культуре! Плюс подробный и очень интересный рассказ о встрече с вдовой Джека Лондона, пропагандирующий сотрудничество наших и американских моряков. Пронесло. И всегда проносило — но вот лауреатских званий, премий и литературных почестей от властей никаких не дождался. Наверное, не очень-то и ждал?..

 

Главные герои повестей Кучерявенко — люди мужества и благородства, преданные идеалам верности, дружбы и любви (и не все из них коммунисты). Они борются со злом, за торжество человечности. И побеждают. Иногда не быстро. Но всегда.

 

 

Фото (loviknigu.ru): Обложка книги «Перекоп» ушёл на юг».

 

 

Душевный балансир

 

В путешествиях по миру Кучерявенко исписывает сотни записных книжек, куда скрупулёзно заносит факты, даты, имена. А зачем? Ведь даже если что и забудешь — всегда можно присочинить, проза ведь художественная. Однако не всё так просто. Не будем вдаваться в литературоведческую дискуссию со специалистами о нюансах жанра, стоящего на стыке литературы документальной и художественной, и выяснять, а был ли Василий Трофимович, так сказать, его родоначальником? На этот счёт высказался российский литературный критик Николай Рогаль, назвавший его писателем-документалистом и подчеркнувший при этом, что «документальная основа его произведений безупречна». А значит — полностью правдива! И это огромное преимущество автора, пишущего в подобном документально-художественном стиле перед обычным «документалистом» или «художественником», так как такие произведения вызывают большее доверие, а значит, и интерес читателя. Ведь как обычно бывает? Строго документальная проза зачастую скучна, а в чисто художественной, бог его знает, сколько «художеств» (то есть авторского домысла). И соблюсти баланс между этими двумя гранями жанра крайне сложно, для этого надо не лениться записывать фактуру, не полагаясь на память, и иметь тщательно выверенный душевный балансир. И балансир Кучерявенко не подвёл его ни разу. Именно потому картинки природы, художественно и реалистично выписанные им в своих произведениях, не оставляют сомнений — он их «перенёс», он их видел. Впрочем, судите сами: «Хороша морская волна при солнечном свете, когда её обычная чернота просвечивает самой густой, самой сильной, прозрачной зеленью». Или: «…А ветер рвал, гнал льдины. Дыхание вырывалось белым паром, намерзая на бровях, усах, воротниках, шапках. С гребней волн срывались брызги, замерзали на одежде мутными бусинами. Они искрились в лучах негреющего солнца». Образно, красиво? Несомненно. Потому что и правдиво, и художественно.

 

 

Фото (bidspirit-images. net): Обложка книги «Сказки Страны утренней свежести».

 

 

…По выходу на пенсию писатель будет жить во Владивостоке, а его тесная квартирка на улице Уборевича превратится в учебный лекторий для местных начинающих литераторов и журналистов. Кроме изданных двух десятков книг Василий Трофимович успеет запомниться читателям десятками документальных публикаций в дальневосточных газетах и журналах, альманахах и сборниках. В том числе — о пребывании писателя Антона Чехова и революционера Александра Фадеева во Владивостоке, о творческом пути своего коллеги Трофима Борисова, о капитане и художнике Павле Куянцеве… Всё написанное и собранное им — и морские повести, и американские очерки, и краеведческие статьи, и фольклорные сборники сказок и легенд, и исследования об известных жителях нашего края — стало достойным венцом творческого пути писателя. До последнего он не расстанется с пишущей машинкой и скончается во Владивостоке на 73-м году жизни 3 декабря 1982 года.

 

…Так что же — проза его «не устояла»? Конечно же, нет! Просто забылась немного, как и сам автор. Но хорошо, что не всеми. Например, помнят писателя в мэрии Владивостока, чья комиссия по городской топонимике в ноябре прошлого присвоила имя Кучерявенко одному из переулков на острове Русский. Переулочек, конечно, небольшой, всего на несколько домов, но…

 

Это всё ж лучше, чем ничего.

 

Геннадий ОБУХОВ.

 

 

Написать комментарий

XHTML: You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

0 Комментарий (ев)