Воскресенье 29 Ноябрь 2020

Ищи чжурчжэней в поле

Приморские археологи исследовали уникальный памятник XII–XIII веков всего в 72 км от Владивостока

 

 

 

 

Вы когда-нибудь задумывались, что будет лет через 800–900 на месте нашей Светланской, Алеутской и Океанского проспекта? Сейчас-то в деловом центре жизнь кипит: «белый» и «серый» дома выпускают важные документы, силовики блюдут закон, торговые центры модно одевают народ, рестораны вкусно кормят …А надолго ли это всё? И кто будет после нас? И этот «кто-то» — он вообще о нас вспомнит? Примерно об этом задумываешься, когда уезжаешь с археологических раскопок городища империи Цзинь в селе Стеклянухе Шкотовского района.

 

В XII–XIII веках здесь, между реками Шкотовкой и Стеклянухой (по-старому Цимухэ и Саин-Бар), работали чиновники, канцелярия, располагался военный пост, жила и работала «элита», вплоть до местного князя. Уже в наше время на этом месте распахивалось сельское поле. Сейчас — раскапывается городище. А в перспективе встанет целый этно-археологический парк. Можно уже помечтать и о том, чтобы реконструировать чжурчжэньское жилище. Или оборудовать для просмотра несколько уровней раскопа, чтобы, как в «живом учебнике истории», показать работу археологов. Но это, конечно, пока только задумки.

 

 

 

 

 

Официально

«Концепцию создания этно-археологического парка на месте памятника археологии Стеклянухинское городище в Шкотовском районе представили в начале сентября 2019 года на пятом Восточном экономическом форуме во Владивостоке, — сообщало приморское правительство в марте. — Исходя из концепции, местность предлагается разделить на две тематические территории: историко-этнографический комплекс на основе построек и сооружений русских поселенцев, сохранившихся в сёлах Приморья и перевезённых на территорию парка, а также археологический парк на базе двух средневековых городищ. Обе территории будут объединены административной и хозяйственной зоной. Здесь же планируют благоустроить прогулочную зону и разработать специальные экскурсионные маршруты для туристов».

 

 

 

Учёные даже лишний раз об этом просят не упоминать. Сейчас — только раскопки, открытые для посетителей. Они велись с середины августа за счёт 10-миллионного гранта правительства Приморья для частного бизнеса. Выиграл его научно-производственный центр «Наследие ДВ» под руководством Виктора Миллера. Этот центр занимается исследованиями в сотрудничестве с учёными из ДВФУ и взял на себя решение всех административных задач и обустройство быта исследователей. К слову, условия для историков и гостей созданы достойные. И территорию в ближайшей перспективе благоустроят. Уже сейчас перед входом на вал, где ведутся раскопки, оборудована парковка для гостей, стоят туалеты. А идут на экскурсию люди не по грязи, а по аккуратным деревянным настилам.

— Как руководитель организации я благодарю правительство Приморского края за уникальную возможность не только исследовать городище как археологический объект, но и привлечь внимание жителей и гостей региона к его истории, — прокомментировал директор ООО «НПЦ «Наследие-ДВ» Виктор Александрович Миллер.

С 15 сентября археологи сворачивают лагерь и консервируют раскоп — чтобы возобновить работы в следующем году.

 

 

 

 

Работают даже зубочистками

 

Общая площадь работ пока что 510 квадратных метров, а в целом Стеклянухинское городище располагалось на территории 9,98 га. Слой на глубине 30–35 см относится к эпохе чжурчжэньского государства Цзинь, так называемой Золотой империи, это XII–XIII века. А под ним — ещё слои: VIII–X века — государство Бохай, VII–VIII века нашей эры — племена Мохэ, 2200–2800 лет назад — янковская археологическая культура, говорится на информационном баннере на палатке. Всё это тоже обязательно изучат, только позже.
По канонам строительства городищ в северной части располагались административные здания, ремесленные комплексы. На аэрофотоснимке 1956 года из архива Хабаровского краеведческого музея видно, что на этом месте стоят какие-то строения, мастерские, теплицы, трактор. Северо-восточный сектор частично разрушен ещё в советские годы. А вот северо-запад оказался нетронутым.

 

Городище на этом месте обнаружено ещё в XIX веке, а в середине 1980-х преподаватель ДВГУ А. В. Александров проводил раскопки — тем не менее, общего, комплексного представления о территории исследователи не получили.

 

Уже в наше время эти земли получили сельхозназначение. Внутренняя часть городища долгие годы выкашивалась, распахивалась, засеивалась. Участок находится в частной собственности, принадлежит фермерскому хозяйству Самбуровых. Второе его назначение — «сохранение Бохайского городища». И семья действительно к памятникам древности относится с уважением. Георгий Иванович (он умер пять лет назад, дела перешли наследникам) по всем правилам и предписаниям не распахивал землю глубже 30 см, ничего не строил, территорию охранял от «чёрных копателей». Сохранность памятника, говорят учёные, высокая.

 

— Мы делали зачистку вала, вскрыли верхний слой, почистили каменную облицовку — смотрели сохранность так называемой каменной рубашки, — начинает экскурсию для журналиста ДВВ заведующий музеем археологии и этнографии ДВФУ, руководитель раскопа Евгений Никитин. — Сердцевина вала состоит из послойно утрамбованных прослоек глины, дёрна и гальки — это метод Ханьту. Облицовка — из камня. За 900 лет конструкция разве что сверху чуть «поплыла». Часть каменной кладки сохранилась, часть разобрали местные жители для строительства: фундаменты старых домов в селе Стеклянуха состоят из этих камней.

 

У чжурчжэней была принята усадебная застройка: между жилищами — улицы, рядом с домами — хозяйственные здания. Как правило, в городе на одну семью приходился один дом. В селе — оно за пределами стен вала — постройки крупнее. Городище — как раз административный центр. Кстати, как и в современной России, в XII веке сохранялись пережитки родоплеменного строя, когда местная знать («элиты») держалась особняком и пользовалась даже большим авторитетом, нежели чиновники.

 

Слой за слоем, по пять сантиметров, археологи разбирают жилища, хозяйственные постройки. Работают мастерками, совочками, кисточками, скальпелями и даже зубочистками — настолько работа тонкая.

 

— Большая часть предметов пополнит фундаментальную научную коллекцию университета. На её основе проводятся исследования, пишутся статьи, курсовые и дипломные работы, дипломы, диссертации, монографии. Думаю, осенью-зимой проведём выставки, — описывает судьбу находок директор учебно-научного музея ДВФУ Александр Попов.

 

 

 

 

Кто и как горшки обжигает?

 

Все находки обязательно первым делом поступают в камеральную лабораторию — большую белую палатку со столами, ящичками, фасовочными пакетами, тазиками, кисточками… Керамику и кости, как правило, моют, железо (монеты, фрагменты оружия, украшения и т. д.) очищают сухой щёточкой. В дальнейшем ведётся полевая опись — предметы подписываются тонким пёрышком, уже зашифровано более 6 000 артефактов. Есть среди них и целые сосуды — со стенками, венчиком и донышком.
— Для этого памятника и в целом для юго-восточного Приморья характерна керамика с вафельной выбивкой. Делалась она лопаточкой с оттиском, — Евгений Никитин показывает нам находки древних времён. — Эта традиция идёт с раннего средневековья и доживает до империи Цзинь, которая существовала до 1215 года, даже до 1233-го, если брать государство Восточное Ся, которое тоже относится к чжурчжэням. Мы отобрали образцы угля и в этом году намерены получить радиоуглеродные даты, которые чётко скажут, каким годом можно датировать эти объекты.

 

Студентка 2-го курса магистратуры департамента истории и археологии ШИГН ДВФУ Анастасия Пушкарь как раз изучает древнее гончарство Приморья — защищала диплом о неолитической керамике на памятнике «Боярин-6» (средний и поздний неолит; бойсманская и зайсановская культуры). Сейчас двигается дальше в хронологическом порядке: перешла к изучению керамики раннего железного века. Средневековый памятник такого масштаба копает впервые — говорит, что удивлена количеством и разнообразием железных артефактов. На раскопках Стеклянухинского городища Анастасия заведует работами в той самой камеральной лаборатории.

 

 

 

 

— Керамика даёт нам важные знания о социальной структуре, навыках — это такой индикатор социально-экономических процессов и этнокультурных взаимодействий в регионе (Приморье соседствует с Японией, Китаем, и это проявляется в гончарном деле), — объясняет молодой учёный. — На памятниках, которые мы рассматривали, находили неолитическую керамику, изготовленную около 6000 лет назад.

 

Наши собеседники говорят, что неолитические образцы от средневековых можно отличить достаточно легко. Например, в новом каменном веке обжигали в костре, а в средние века использовались уже закрытые печи при температуре до 1 200 градусов.

 

Но «легко отличить» — это для специалистов, конечно. Тут хоть бы понять, где копать-то надо… Археологи улыбаются, но объясняют: это же очевидно, природа таких валов не делает. Вот ворота, вот стены. И чжурчжэни-то знали, где городище строить: прошедшие тайфуны хоть и сорвали большую палатку и даже повалили старое дерево, громадных разрушений не нанесли. Стены защищают от затопления, почва — галька и супесь — быстро впитывает воду.

 

Несведущий человек видит круглые камни, а оказывается, что это очаг (прокалённая, чёрная от углей полукруглая конструкция с белой золой посередине) или кан — лежанка, отапливаемая теплом от очага через дымоходный канал. Его как раз раскопали в одном из строений. Вокруг по разнице в цвете и структуре слоя выявлены остатки столбовых ям, которые служили для подпорки кровли. Видны остатки кладки, яма-хранилище.

 

— По всей видимости, мы разбираем жилище необычного вида, — объясняет Евгений Никитин. — На практике часто до последнего непонятно, что же это за сооружение. Интерпретация основывается на целом ряде признаков: особенности каменных конструкций, находки.

 

 

 

 

В гости ждут всех

 

2 сентября на раскопки приезжал губернатор — с интересом осмотрел памятник, полюбопытствовал, как выглядит каменная рубашка вала. Красной ковровой дорожки не было — гостям положено ходить по деревянным настилам.

 

А гостей, кстати, хватает. Дело в том, что задача экспедиции — не только найти древние артефакты. Нужно популяризировать культурное наследие края и, говоря сухим языком гранта, обеспечить доступность для просмотра объекта.

 

Приходят местные жители — многие из них и не знали, что здесь находилось городище. Очень много школьных групп по 20–25 человек, просто интересующихся. Проезжают люди мимо: о, а что это такое прямо около трассы происходит?! От основной дороги — метров 50. Экскурсии для всех бесплатные.

 

 

 

 

Золотых лошадей пока нет

 

Максимум в лагере работали 50–55 человек: учёные, преподаватели, студенты из Владивостока, Новосибирска, Санкт-Петербурга — к середине сентября осталось 18 студентов. А кое-кто и на раскопках работать успевал, и параллельно в город выехать, и в аспирантуру поступить.
Обязательную археологическую практику в этом году отменили (и тут коронавирус внёс свои коррективы!), так что все ребята приехали сюда, можно сказать, добровольцами. Только история эта вовсе не о деньгах…

 

— Интерес к истории иногда и своих вложений требует, — добавляет директор учебно-научного музея ДВФУ Александр Попов. — Был у нас в экспедиции человек, который просто много читает, интересуется. Взял отпуск, приехал — вот такой отдых. Во всём мире это не в диковинку: люди открывают журнал, смотрят список экспедиций, куда можно поехать, платят, живут по правилам экспедиции неделю… Первый раз мы с этим столкнулись в 1993 году, когда принимали у себя студента из Австралии, нескольких людей из США, Великобритании. И сейчас люди приходят, спрашивают, как к нам попасть. Пока никак — нужна определённая инфраструктура и подготовка. Но в перспективе будет и такая возможность.

 

Один из тех, кто приехал не за деньгами, — четверокурсник Денис Жевлаков. Он на археологических раскопках не впервые: в Хасанском районе два года назад на практике копал Краскинское городище, бохайский памятник конца XVII — начала VIII веков. И в Стеклянухе работает уже 1,5 месяца — на добровольной основе.
— Совмещаю приятное с полезным, — говорит будущий историк. — Когда-то здесь жили люди, оставили после себя какую-то память — и вот ты через много веков сидишь на этом же месте и находишь их древнее жильё… Чувства — как в фильмах про «Индиану Джонса»! Многие ведь историю края знают только с присоединения Сибири и Дальнего Востока, а до этого столько всего было!

 

…Как все нормальные люди, мы не могли не спросить про золото Колчака и — непременно — про золотых лошадей, которые должны ждать своего часа под землёй. «Ищем, ищем! — смеётся в ответ Денис. — Скоро найдём!»

 

Валерия ФЕДОРЕНКО.
Фото автора.

 

Написать комментарий

XHTML: You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

0 Комментарий (ев)