Среда 25 Ноябрь 2020

Последний глоток свободы

 

Летом 1932 года приморские староверы подняли восстание против советской власти

 

 

Фото (litvin.pl): Староверы, трудолюбивые и выносливые люди

 

 

11 ноября 1932 года постановлением «тройки» ОГПУ Дальневосточного края были осуждены 565 приморских староверов — участников Улунгинского восстания, в том числе 118 из них к расстрелу. Так завершилась попытка свержения власти Советов на северо-востоке Приморья. Любопытно, но в отечественной историографии эта вооружённая акция против большевизма именуется именно восстанием, в то время как любые аналогичные события (например, в Кронштадте или Тамбове) с учётом их идеологической окраски — мятежами. С чего бы это?

 

 

Кто и откуда

 

Первые крестьяне-старообрядцы пришли в Приморье из разных регионов европейской части России, Урала, Сибири, Забайкалья и Амурской области во второй половине XIX века.

 

 

 

Справка ДВВ

 

Старообрядцы (староверы) часть христиан, не принявшая церковно-обрядовой реформы по греческому образцу в 1653 году. Они остались приверженцами старорусской веры и подвергались гонениям со стороны светских и церковных властей. Дабы избежать наказания и преследования, уходили в глухие и неудобные места, создавая там свои автономные поселения.

 

 

 

Первоначально они поселились в Приханкайской низменности, но по мере заселения этих земель уссурийскими казаками и крестьянами, исповедовавшими официальное православие, стали уходить в необжитые таёжные урочища Сихотэ-Алинского хребта и малозаселённые территории северо-востока Приморья. В этих краях они основали несколько десятков деревень и хуторов. За считанные годы эти трудолюбивые и выносливые люди превратили глухомань в страну обетованную. Они вручную корчевали вековую тайгу под поля и усадьбы, поставили мельницы и крупорушки, маслобойни, кузницы и пасеки, завели скотину. Пока до этих глухих уголков Приморья не дошла новая власть, у староверов был шанс пожить хоть какое-то время, не выполняя мероприятий партии и правительства и руководствуясь только привычными религиозными и бытовыми традициями, основанными на подчинении духовным наставникам и крепким в вере общинникам-старикам.

 

То есть жили люди своим умом и политикой не интересовались. Однако уже очень скоро политика предсказуемо заинтересовалась ими самими.

 

 

Наверное, терпели бы и дальше…

 

Как только волна сплошной коллективизации докатилась до Приморья, староверы, пытаясь сохранить свою идентичность, стали массово перебираться на дальние хутора и заимки. Но это их не спасло: все они как отколовшиеся единоличники были объявлены кулаками и подлежали уничтожению как вредный класс. Раскулачивание носило характер конфискации всего имущества, вплоть до предметов быта, как, например, у некоего старовера Бортникова, «1885 года рождения, женатого, имеющего 5 детей». За несколько лет этот трудолюбивый человек успел нажить корову, поросёнка, семь куриц, хромовые сапоги, мясорубку, две пиджачные пары и наждачное точило. Забрали всё подчистую.

 

Пострадал, понятно, не только Бортников…

 

Трудно сказать, решились ли бы старообрядцы на восстание, если бы властный нажим носил только экономический характер. Но куда более нетерпимой ситуация для них складывалась, по их разумению, в деликатной для них религиозной сфере. Так, когда в район бикинской Улунги прибыли первые советские переписчики, староверы отнеслись к ним враждебно и отказались участвовать в мероприятии. Они сочли, что занесение в поимённые списки автоматически налагает «печать антихриста» и отрезает путь к спасению душ. По этой же причине они проигнорировали открытие кооператива по приёму пушнины и мехового сырья, отказывались отдавать детей в открытую райисполкомом безбожную школу, «…где открыто учат, что Бога нет, что земля круглая и вертится, где учат песням и танцам».

 

И вера оказалась сильнее чувства самосохранения. Настал момент выбора: или добровольно всем умереть (а факты самосожжения старообрядцев на Руси не были единичными), или бороться за свободу, защищая с оружием в руках свою веру, семью и хозяйство. И выбор этот дался им не без мучительных колебаний. Старейшины искали в святых книгах записи, которые указывали бы на возможность вооружённого сопротивления «безбожной власти». Но, видимо, так и не нашли…

 

 

Фото (sakharov-center.ru): На берегу Улунги в память о тех событиях установлен крест-голубец

 

 

Бунт религиозных фанатиков?

 

Конечно же, нет. Хотя бы потому, что к их восстанию примкнули недовольные коллективизацией удэгейцы (в понимании староверов — язычники), что в условиях соблюдения стерильной чистоты веры было бы просто невозможным.

 

Всё началось с солидной подготовки: был создан повстанческий центр с военным командованием и единым штабом. Восстание возглавил бывший секретарь Улунгинского сельсовета Антон Кулагин. 5 мая 1932 года прибыл из Улунгинской долины Ефим Могильников и доложил центру о готовности северного побережья к восстанию. 6 мая в селе Улунге, в доме Кулагина, на совещании центра, и было принято решение о вооружённом выступлении.

 

…7 мая. В Улунге захвачен кооператив и магазин Госторга, сорваны советские флаги. Представители советской власти — под арестом. На митинге населению объявляют о свержении Советов, что вызывает не только одобрение, но и стихийный добровольный набор в ряды восставших. (К ним в течение 2–3-х дней примыкает несколько сотен крестьян, а общее число бунтовщиков против режима зашкаливает за тысячу вооружённых бойцов.) После митинга восставшие отправляются в село Лаухэ и аналогичным образом захватывают его.

 

Далее — наступление на райцентр Кхуцин. Его взятие даёт восставшим в руки оружейный арсенал, радиостанцию, водный транспорт (катера) и золото — что создавало плацдарм для расширения восстания. Руководители акции это хорошо понимают, но вот решить эту задачу им не удаётся… Из-за отсутствия военного опыта в плен попадает выдвинувшаяся первой разведгруппа. Чекисты, понятное дело, развязывать языки умеют — и все планы восставших для них теперь ясны и понятны.

 

…Парижская коммуна, как известно, продержалась 72 дня. Приморские «коммунары» — на три месяца дольше. По разным оценкам, было от 6 до 13 вооружённых стычек, староверы дрались за свободу отчаянно и гибли десятками (со стороны ОГПУ — семь человек при восьми раненых). Саму Улунгу войска особого отряда ОГПУ взяли штурмом только на пятый день. Всех сдавшихся добровольно, как и пленённых, сначала связывали верёвкой и как скот перегоняли за 150 километров по таёжной тропе до посёлка Кхуцин, далее (тех, кто выжил) морским путём — в тюрьмы Владивостока. Позднее для упрощения дела всех обнаруженных в тайге людей уничтожали на месте.

 

По «делу № 229» привлекались 3 654 жителя из 75 староверских сёл и хуторов, а преследование и уничтожение отдельных участников восстания и сочувствующих продолжалось ещё несколько месяцев. Старообрядческая цивилизация на северном побережье края прекратила существование.

 

 

Фото (Схема Александра Паничева): Ареал расселения староверов в Приморье на январь 1932 года.

 

 

Исход

 

Часть староверов, напуганных жестокими репрессиями, оставит добротные дома и освоенные угодья и кинется в бега. Жители сёл Кокшаровки и Варпаховки уйдут на Иман, но их там уже будут ждать части НКВД. Лишь старообрядцам села Каменки хватит сообразительности уйти за кордон, в Маньчжурию. Там они проживут до середины 50-х годов, после чего, когда «покраснеет» уже Китай, разъедутся кто куда — в Бразилию и Боливию, в Орегон и на Аляску.

 

Улунгинское восстание послужит поводом для развёртывания массовых репрессий в Приморье в отношении старообрядцев — и злобные нападки на них резко усилятся. Репрессивное делопроизводство упростится до минимума, и вместо объёмистых папок появятся расстрельные дела в несколько страниц (минимум биографических сведений, «обвиниловка» и приговор).

 

В 1938–1939 годах все оставшиеся старообрядческие семьи будут выселены за пределы Приморья и Дальневосточного края, считающегося пограничным. Опустевшие избы заполнят ссыльные с Амура, партийные и комсомольские активисты с побережья. К весне 1934 года в Улунге возникнет первый колхоз «Красный таёжник», под этим именем он просуществует до начала 1953 года, после чего будет ликвидирован как неперспективный.

Геннадий ОБУХОВ.

 

 

Написать комментарий

XHTML: You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

0 Комментарий (ев)