Четверг 21 Октябрь 2021

Злобные укусы исподтишка

 

Сто лет назад приморские чекисты и красноармейцы вступили в схватку с политическим бандитизмом

 

 

Фото (avatars.mds.yandex.net)

 

 

15 марта 1921 года, в районе станицы Гродеково (ныне п. Пограничный), сотня непрошеных гостей-хунхузов перешла российско-китайскую границу и вступила в бой с приморскими пограничниками. Наверное, это была провалившаяся разведка боем, так как ещё 11 тысяч разбойников так и остались на своей территории.

 

Только кто бы мог подумать, что уже через несколько месяцев на Приморье будут осуществлять вооружённые набеги не только китайские отморозки, но и «свои» бандиты — из числа белой эмиграции?

 

Но вот уместно ли называть бандитами идейных противников красного режима и борцов за монархические идеалы? Уместно. Это когда они боролись за отечество на территории вчерашней империи — то были белыми воинами. А как сбежали, спасая свои шкуры, за китайский кордон, то воинами быть, конечно, перестали. Те из эмигрантов, кто занялся мирной гражданской деятельностью, внесли свой вклад в процветание местной экономики. Те же, кто решил кусать новую власть исподтишка, проливая кровь красноармейцев и селян, превратились в обычных бандитов.

 

 

Фото (ria1914.info): Генерал Ефим Сычёв, успевший вовремя смыться.

 

 

Такой разный собрался народ

 

Что же за люди образовали новую историческую русскую общность в Харбине и Шанхае? Примерный ответ на этот вопрос можно получить, изучив уставы и составы многочисленных эмигрантских союзов и объединений, функционировавших в приграничных регионах Китая. Понятно, что безобидное общество кактусоводов нас не особо интересует. Так же, как и Христианский союз молодых людей. А вот что касается крайне правого крыла русской эмиграции, в избытке представленного монархическими и профашистскими организациями… Именно они ратовали за свержение советского режима путём вооружённого выступления оппозиционных сил. И что, действительно «в избытке»? Судите сами: только в одном 1922 году и только из Приморья за кордон перебазировались 13 монархических обществ и организаций: «Вера, царь и народ», «Общество ревнителей православия», «Орден крестоносцев», «Союз легитимистов», «Народно-монархическая партия», «Военно-монархический союз» и прочие.

 

Опираясь на офицерский корпус и казачьи соединения, имея поддержку местного православного духовенства (из числа таких же горемык-эмигрантов), монархисты станут не только многочисленной частью политэмиграции в Китае, но и самыми непримиримыми борцами против СССР. Члены этих обществ не попрутся в Забайкалье и Приморье громить Советы (хотя и решатся на погромы советских учреждений в Харбине). Но именно их идеология, пропитанная ненавистью к большевистскому режиму, станет питательной почвой для вооружённых бандитов всех мастей.

 

 

Угроза советской власти

 

Закордонные банды стремились привлечь на свою сторону максимальное число селян. В зажиточных приграничных деревнях Забайкалья и Амурской губернии часть особенно враждебно настроенных по отношению к советской власти жителей уходила к бандитам. Те крестьяне, что выражали несогласие с политическими лозунгами незваных гостей, а также немногочисленные поначалу охранные отряды милиции и красноармейцев беспощадно уничтожались — и в вооружённых стычках, и в бессудных казнях. Как результат: в январе 1924 года в Благовещенском уезде Амурской губернии налётчики организовали крестьянский мятеж. Предлогом послужило недовольство крестьян увеличением продовольственного налога на 25 %, а также злоупотребления губернских продорганов. Руководство мятежом и координацию военных действий взял на себя эмигрант, генерал Ефим Сычёв, бежавший в Маньчжурию после разгрома Колчака. В период мятежа восставшие производили принудительную мобилизацию в свои отряды, а чтобы дело шло веселее, врали, что в Приморье и Благовещенске советская власть уже пала и что Красная армия — на их стороне. За две недели банда Сычёва, насчитывавшая больше 6 000 штыков, взяла под контроль два десятка сёл, не считая хуторов.

 

Угроза советской власти в Дальневосточном крае становилась реальной, и для ликвидации бандитов был сформирован сводный отряд из трёх батальонов Амурского стрелкового полка, полка ОГПУ и четырёх кавалерийских эскадронов. Мощь отряда усилили два артиллерийских орудия и два бронепоезда. 1 февраля 1924 года состоялось решающее сражение, мятежники были частью рассеяны, частью уничтожены, Потери с обеих сторон составили 1 500 человек. Сам организатор вооружённой авантюры с поля боя удачно сбежал и вновь вернулся в Китай. О жертвах организованной им в России акции, видимо, не тужил. Стал членом правления Восточного казачьего союза, редактировал журнал «Россия и казачество», а также подвизался на малопонятной должности «сотрудника казны великого князя Николая Николаевича».

 

Примерно по такой же схеме, при непосредственном участии представителей «белого Китая», в том же году на территории Охотского уезда воспламенилось так зазываемое Тунгусское восстание. Опять пролилась кровь. И только после вмешательства ЦК РКП(б) в августе 1925 года удалось погасить вооружённый мятеж.

 

С дальневосточным регионом понятно, а вот в Приморье — что?

 

 

Фото (avatars.mds.yandex.net): Пограничники Гродековского погранотряда задержали нарушителей границы. 1932 г.

 

 

На японские денежки

 

В 1923 году в Харбине формируется «штаб партизанских отрядов Приморья», в ведении которого находилось до трёх тысяч человек. Главным по политическому бандитизму самоназначился харбинский сиделец, атаман Григорий Семёнов. Япония поддержала атамана не только идеологически, но и финансово — первым траншем в размере 30 тысяч рублей. На эти деньги он создал «партизанскую» сеть вдоль границы с Приморьем в виде ячеек. Первым в Приморье антигероем на бандитском поле стал генерал Николай Сахаров, при помощи Семёнова сколотивший банду в Харбине. Лично в рейдах не участвовал, поручив это грязное дело полковнику Дмитрию Карлову, — но намечал маршруты набегов и их финансировал. В столкновения с гродековскими пограничниками бандиты вступать опасались, поэтому занимались грабежами и убийствами мирных жителей. После того, как в первом же бою Карлова убили, банда распалась.

 

Более идейным в политическом плане стал есаул Овечкин, возглавивший отряд из 50 человек. 7 мая 1923 года банда перешла границу и с боем взяла сёла Турий Рог и Жариково. Убили коммунистов и совработников. Понимая, что их скоро вышибут обратно, незваные гости разбросали прокламации, в которых пообещали …созыв Учредительного собрания. Ну очень заманчивое для нищего и полуграмотного селянина предложение!

 

В эти же годы Приморье терроризировала банда некоего Пилы численностью в 40 человек. Они работали в районе Кедровой Пади, а базировались в Санчагоу. В районе станицы Гродеково орудовали банды поручика Сенкевича (50 человек), Овчинникова (60 человек) и полковника Мельникова (300). В Спасском уезде куражилась заезжая сотня есаула Гриценко.

 

Семёнов — молодец, японские денежки не присваивал: всех бандитов хорошо вооружили, половина из них передвигалась верхом. Всего на средства кураторов провели 40 налётов в край. Расправлялись с коммунистами, у крестьян отбирали имущество. Но волынка тянулась не очень долго: в течение 1925–1927 гг. приморские чекисты разгромили бандитов.

 

Любопытно, но тема хунхузов, которой мы и начали этот материал, самым неожиданным образом всплыла в январе 1928 года, когда Приморское ОГПУ пресекло самую масштабную операцию недругов. На конец января намечался ввод нескольких хунхузских отрядов из провинции Цзилинь. Их объединением для захвата Приморья активно занимался Николай Меркулов, экс-министр иностранных дел Приамурского Временного правительства. Китайским бандитам ставилась задача выйти к Никольску-Уссурийскому и другим намеченным пунктам, взять их и продержаться 3–4 дня, грабя население. В операцию вложились сам Меркулов ($ 20 тысяч) и Ли Цзун, глава местного китайского «Союза тысячи» (10 000 хунхузов). Китайцам при условии реставрации белого режима обещали безграничную концессию. Трудно сказать, сколько жертв могло бы лечь на алтарь этой безумной затеи, но вовремя вмешавшийся тайный агент ОГПУ, внедрённый в сделку, перессорил Меркулова с Ле Цзуном…

 

Борьба с политическим бандитизмом в Приморье и на Дальнем Востоке останется актуальной до конца 20-х годов, когда отдельные эмигрантствующие вояки будут переходить границу чисто с целью грабежа. Ситуация окончательно успокоится только после укрепления советско-китайского рубежа в начале 30-х годов, когда уже непосредственно на границе по вооружённым налётчикам будут открывать огонь на поражение. И пули ловить желающих останется совсем немного.

 

Геннадий ОБУХОВ.

 

 

Написать комментарий

XHTML: You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

0 Комментарий (ев)