Четверг 21 Октябрь 2021

Невоенная тайна

 

Борясь с психическим расстройством, Аркадий Гайдар жил и трудился на Дальнем Востоке

 

 

Фото (avatars.mds.yandex.net)

 

 

15 сентября 1932 года завершился краткосрочный дальневосточный период журналистской деятельности известного детского писателя Аркадия Гайдара. Уволившись из газеты «Тихоокеанская звезда», он вернулся в Архангельск, где проживал ранее. Каноническими биографами Гайдара эти восемь месяцев его биографии тщательно вымарываются — словно их не было вовсе. Причина? Именно в Хабаровске внезапно обострившееся заболевание загнало Аркадия Петровича в психиатрическую лечебницу и надолго прервало его профессиональную карьеру.  

 

 

Фото (visualrian.ru): Командировки по приморским городам и весям Гайдару помогли, но, увы, ненадолго…

 

 

И мальчики кровавые в глазах…

 

Рассказывая о дальневосточном отрезке жизни и деятельности писателя, не обойтись без разъяснения: как он вообще оказался на дальних советских рубежах? Дело в том, что Аркадий Петрович не сразу стал детским писателем Гайдаром, а до того был бойцом Голиковым, беспощадным борцом за советскую власть. Человеком, вступившим на путь защиты революции в весьма юном возрасте. С 14 лет член ВКП(б), в 15 зачислен в Красную армию. Недолго послужил в денщиках у одного генерала, затем учёба на Московских пехотных курсах подготовки командного состава РККА. Понятно, что в годы Гражданской войны детки взрослели рано, но не настолько же! Ранняя социальная эмансипация подростка, увы, оставила на его психике неизбежный травмирующий след. Нравилось ли курсанту быть малолетним карателем, не нравилось ли никто его не спрашивал. Надо было бороться с гидрой контрреволюции вперёд, и борись!.. Так, в мае-июне 1919 года в составе сводной роты курсантов боевого отряда особого назначения юный Голиков участвует в подавлении кулацких мятежей. В операциях проявляет рвение и беспощадность, завоёвывает авторитет у взрослых товарищей и избирается председателем партийной ячейки курсов. После их окончания 16-летний выпускник уже ротный командир, а уже через год, повысив, так сказать квалификацию, на курсах «Выстрел», вступает в командование стрелковым полком. И не в 18 лет, как утверждают биографы, а в 17! Воюет смело, не прячась от пуль. Ранен, контужен. Замечен командованием, и своё 18-летие отмечает в новой должности командира карательного полка по борьбе с бандитизмом. Кем были эти бандиты? Крестьянами, поднимавшими антисоветские восстания, такие, например, как Александр Антонов, с которым отряд Голикова в составе армии Тухачевского успешно «разобрался». Далее Башкирия, Сибирь. Чрезвычайщина юному комполка явно по вкусу. В апреле 1922 года, оказавшись в полудиком Енисейском улусе, он решает, что здесь «50 % населения поддерживает бандитов» и организует кровавую его чистку. Междоусобицы Гражданской войны превратили молодого командира в жестокого адепта нового режима, карающего без жалости налево и направо, и даже вышестоящие его командиры, также не привыкшие миндальничать с врагами революции, хватаются за голову! В отношении 18-летнего комполка с садистическими наклонностями начато расследование. Аркадий на допросе в ГПУ признаёт себя виновным лишь в несоблюдении «законных формальностей». Согласно его объяснению, оформлять протоколы допросов и расстрельные приговоры было некому. Юный каратель признаётся виновным в самочинных расстрелах и заключается под стражу. В сентябре 1922 года Голикова исключают из партии и «уходят» из армии.

 

 

Фото (ic.pics.livejournal.com): БЕЗ ПОДПИСИ, И ТАК ВСЁ ЯСНО. ic.pics.livejournal.com

 

 

На «гражданке» молодой человек обращается к психиатру с жалобами. Пациента мучают эпизодические острые боли невралгического характера и одни и те же кошмарные сны. Цитата из анамнеза, составленного со слов больного: «Тут (во время зачистки Енисейского улуса. — Прим. ред.) появилась раздражительность, злобность. Появилось ухарство, наплевательское отношение ко всему, развинченность. Стали появляться приступы тоскливой злобности, спазмы в горле, сонливость, плакал». В дневнике Голикова появляется запись: «Снились люди, убитые мною в детстве». Медики ставят Аркадию вполне политкорректный диагноз «посттравматический невроз». Он берёт псевдоним Гайдар и начинает писать детские книги, на хлеб зарабатывает журналистикой. В буквальном смысле пытаясь убежать от боли и бессонницы, колесит по стране. И это помогает! «Нигде я не сплю так крепко, как на жёсткой полке качающегося вагона», вот таким чудесным рецептом делится он в письме матери. А где расстояния для спасительных творческих командировок не просто большие, но огромные? Такой регион в СССР единственный, и называется он Дальневосточный край.

 

Конечно, это объяснение лишь версия, но она представляется вполне логичной. Иначе с чего бы журналисту и уже известному детскому писателю менять блага цивилизации на таёжное захолустье?

 

 

Фото (slovoart.ru): Стела, воздвигнутая в Детском парке г. Хабаровска в память о пребывании писателя в Дальневосточном крае.

 

 

Недолгая радость творчества

 

30 января 1932 года Аркадий Петрович прибыл в Хабаровск и устроился на работу в редакцию краевой газеты «Тихоокеанская звезда» «постоянным разъездным корреспондентом с окладом жалованья в 300 рублей в месяц». За эту ставку Гайдар был обязан дать «четыре полноценных очерка в месяц». «За весь материал, даваемый сверх этой нормы, т. Гайдар получает гонорар в общем порядке».

 

Адреса для спасительных командировок: Камчатка, Сахалин, Приморье, если конкретнее Иман, Турий Рог, Камень-Рыболов, Улахинский леспромхоз, Сучан, Новицкое, Угольная, Находка, далее везде. «Предъявитель сего тов. Гайдар Аркадий Петрович командируется во Владивосток, Артём, Сучан для работы по подготовке к краевой конференции передовых предприятий», «…временно возложить на тов. Гайдара обязанности по освещению животноводства (кролиководство, свиноводство)» такими формулировками пестрела книга приказов редактора Шацкого. Он также пишет, но уже на внештатной основе, для приморской газеты «Красная звезда». Как метко подметил его тогдашний сослуживец и друг Рувим Фраерман, за время работы очерки, фельетоны и корреспонденции Гайдара «приобрели широкую популярность среди читателей», а их автор «переживал романтику бродяжничества, погони за необыкновенным, его возвышенные искания переросли в трезвое желание глубоко знать жизнь и искать поэзию в повседневном потоке современности». Наверное, так и было.

 

Вот заголовки его фельетонов «Мышьяковая руда и медные лбы», «Метатели копий», «Триста робинзонов», «Сережа, выдай», «За каменной стеной», «Столбы и схемы»…

 

…Через несколько месяцев приступы, внешне всё более напоминавшие эпилепсию в начальной стадии, возобновились. Его преследовали резкая смена настроения, дрожь конечностей, симптомы раздвоения личности. И скрывать эти факты от коллег по работе у Гайдара уже не получалось. Вот что вспоминал по этому поводу его сослуживец Виктор Закс: «Гайдар еле передвигал ногами. Бессвязно, заплетающимся языком стал обвинять Титова (сотрудника редакции) в том, что тот будто бы сказал «лучше бы вы со славой погибли в бою». Гайдар производил впечатление пьяного, хотя не пил ни капли. По дороге мы встретили нескольких знакомых и, несмотря на мои возражения, они увели Аркадия к себе. Вернулся он в дым пьяным и с первых слов объявил, что убьёт Титова…». И после очередного такого приступа Аркадий Петрович добровольно лёг в хабаровскую психиатрическую больницу. Там перессорился с персоналом, поругался с врачом и был переведён в отделение для буйных. Однако же, по воспоминаниям писателя, именно эта больница «была единственной из восьми-десяти», в которых он побывал и о которой у него остались приятные воспоминания. Разумеется, не из-за факта пребывания, а потому что именно там начал он работу над своей самой знаменитой повестью, которая получила название «Военная тайна». Да-да, о том самом знаменитом Мальчише-Кибальчише! «Между прочим, лежу в психбольнице… Настроение у меня очень хорошее, и на всё можно мне наплевать, потому что голова моя занята только книгой» так записал он в своём дневнике после начала работы над «Военной тайной». Только журналист Гайдар не был бы журналистом, коли бы после выхода из лечебницы не написал для родной редакции заметочку с критикой больницы и её персонала! и она стала последней… Дальний Восток, с его расстояниями и убаюкивающими полками купе, выручил, но временно. Аркадий Петрович уволился с работы и вернулся в Архангельск, на прежнее место жительства.

 

…Ближайшие 9 лет он будет писать детские книги, которые его и прославят. Журналистику за ненадобностью забросит. С началом Великой Отечественной войны 37-летний писатель уйдёт на фронт военным корреспондентом и 26 октября 1941 года сложит свою голову в неравном бою, напоровшись на вражескую засаду.

 

Геннадий ОБУХОВ.

 

 

 

Написать комментарий

XHTML: You can use these tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

0 Комментарий (ев)