Андреевка — это forever

Годы шли, число сменилось, ни черта не изменилось

Моя мама всегда говорила, что ни в жизнь не согласится купаться в бухте Троицы, да и саму Андреевку старалась проскочить мимо, будучи адепткой уединения и диких пляжей. Но я, абсолютно очарованная кукурузно-шашлычным раем Андреевки, маму совсем не понимала.

На днях я вновь оказалась в этой нашей жемчужине приморского туризма, уже одна, и очень впечатлилась, пожалуй, впервые так сурово и внезапно окунувшись в собственное детство.

Поехали!

Маленький автобусик, кашляющий выхлопными газами, отважно прыгал по ухабам, сменявшим редкие участки ровного асфальта. Дребезжащее чудо техники везло меня на заслуженную неделю экологически чистого отдыха вдали от цивилизации.

И вот наконец остановка. Андреевка, приморская Ривьера, местный Лас-Вегас, туристический рай. Ну-ну…

Я вышла из автобуса, сделала глубокий вдох и тут же закашлялась. Мои лёгкие, так стойко переносившие городской смог, оказались бессильны перед андреевской пылью. Внедорожники, лихо проносившиеся по незаасфальтированным участкам дороги, нежно взбивали эту пудру цвета кофе с молоком, и та щедро покрывала придорожные кусты, загорелые лица туристов и уличные холодильники с креветками.

На фоне этой жуткой пылищи особенно вдохновляюще выглядели рекламные вывески. Выполненные в стиле бесплатных фотостоков и фотошопа версии 2007 года, они наперебой обещали современные райские наслаждения. На одной — белоснежный катер, в сопровождении черноморских дельфинов-афалин, несётся по неестественно бирюзовым волнам. На другой соседствуют истекающие глянцевым мясным соком шашлык, шаурма и бургер. На третьей — на шелках, залитых фиолетовым неоном, возлежит томная брюнетка в бикини. Похоже, зазывает в местный оазис порока — ночной клуб.

В объятиях хохлатого дикобраза

База, где мне предстояло наслаждаться экологически чистым отдыхом, оказалась старинным шедевром приморского пляжного зодчества. Туристов встречали собранные из фанеры розовые, голубые и мятные домики с облупившейся краской.

Внутреннее убранство каждого такого люкса «А-ля Андреевка» врезалось мне в память навсегда, вместе с запахом чёрной плесени и колониями мокриц в душах. Железные кровати, способные разбудить всю округу от малейшей попытки изменить положение тела. Дешёвые тощие подушки, источающие тонкий аромат прели. Старые шерстяные пледы, по колючести напоминающие нежные объятия хохлатого дикобраза, — вместо одеял. Заботливо вбитые в стену ржавые гвозди — в образе вешалок.

Особый колорит спартанской обстановке придавало тусклое, покрытое чёрными пятнами зеркало на стене, которое зачем-то повесили где-то на уровне пупка.

В поисках копчёной акулы

Проголодавшись, я решилась заглянуть в местное кафе, где на вывеске красовался повар с сияющими зубами белее кителя, а из хрипящих колонок доносилось протяжное «на белом-белом покрывале января...».

Очевидно, большой город избаловал меня, приучив, что рестораны выбирают своей специализацией одну или две кухни мира. Здешнее же меню оказалось плодом страстной любви узбекских, китайских и русских гастрономических традиций.

За шаткими столиками сидели люди всех возрастов и комплекций, как один упакованные в белые пляжные балахоны с капюшонами. И только девушка лет семнадцати выделялась среди толпы короткими джинсовыми шортами и особенно — выражением вселенской тоски на красивом лице.

Официантка разносила салат «Харбин», пахнущий уксусом на весь зал, жирный лагман и домашние котлеты. Я собралась заказать шаурму в маленьком окошечке, уж больно привлекательной она казалась на баннере. Но увидев труды местного шефа, который складывал будущие шедевры прямо на видавшую виды клеёнку, аппетит резко угас.

Тогда я отправилась заглянуть за железные ворота со строгой надписью «Рынок. Привоз».

За палатками с фруктами, заваленными перезревшими бананами и уцененными яблоками, стояли вечные холодильники с морепродуктами — естественно, «только утром выловленными и сваренными». В ответ на осторожный вопрос, почему в гребешке столько льда, мне популярно объяснили, что это просто такой мощный холодильник, а любые сомнения в свежести товара — гнусный плевок в профессиональное достоинство продавца. И вообще, если уж гребешок не по вкусу, покупайте тогда копчёную акулу!

Пришлось отступить к прилавку с сувенирами. Там на ветру покачивались надувные крокодилы, флагами развевались тельняшки из китайского трикотажа, манили водные пистолеты из тончайшей пластмассы… Удивительно, но покупатели на это добро находились. При мне хозяйка палатки виртуозно всучила паре разомлевших от жары туристов корабль в бутылке и шкатулку, густо облепленную покупными китайскими ракушками.

Я решила ретироваться, пока мне не продали брелок с именем «Оксана».

…Как же права была мама. В Андреевку — ни в жизнь.