Недобрые друзья

Российско-американские отношения в ДВ регионе начали складываться более двух веков назад

205 лет назад, в сентябре 1821 года, император России Александр I издал два указа: об установлении южной границы российских владений в Северной Америке и о запрещении иностранной торговли во владениях Российско-Американской компании (РАК) — первые законодательные акты за всю географическую историю ДВ региона. 

Этими указами (суммарно более 60 пунктов) самодержец установил южную границу российских владений в Русской Америке по 51-й параллели северной широты и одновременно закрыл этот регион для иностранной торговли и промыслов. Более того, чужим судам запрещалось не только приставать к российским берегам, но и приближаться к ним ближе чем на 100 итальянских миль (примерно 185 км). При этом делалось исключение для судов, «бурею занесённых» либо испытывавших нехватку припасов. Таким образом — так их позже оценили историки — указы эти стали фактически односторонним «манифестом о разграничении земельных владений между Россией и Америкой».

Гости всякие важны

О том, как русские первопроходцы осваивали американские просторы (Аляску и Калифорнию), известно очень много. А вот что за гости из Америки рвались посетить наши пенаты?

Что искал в России первый американский гость Джон Ледиард? livejournal.com

Первым таковым стал некий капитан Ледиард, участник экспедиции мореплавателя Кука. Весной 1779 года корабли кэпа появились в Петропавловске, после чего отправились на север, чтобы пройти через Берингов пролив. Это обстоятельство напрягло иркутского генерал-губернатора Кличку, который донёс в Петербург «о появлении в районе Чукотского носа нераспознанных иностранных судов». Наше правительство запросило объяснений у «поверенного от американских поселений» Франклина, однако тот по неизвестной причине тяжесть чистосердечного признания на душу не взял и списал сей факт на «японские суда или английские».

История имела продолжение. Наверное, Ледиарду наши просторы понравились, потому что он, отправившись в Европу, встретился с американским дипломатом Джефферсоном. Который и предложил совершить экспедицию через Сибирь на Камчатку, затем к северо-западным берегам Америки, а оттуда — назад к родному континенту. Организаторы вояжа обратились к Екатерине II за разрешением, но самодержица отказала. Но вот её наследник Павел, в противовес матушке, втихаря дал добро американцам. Ледиард с компанией отправились на Дальний Восток, побывали в Иркутске и Якутске. Как заправский тайный шпион кэп «собрал сведения о результатах русских открытий на востоке Сибири и северо-западе Америки», которыми с ним охотно поделились «купцы Шелехов и Попов, иркутский генерал-губернатор Якоби» и десятки информированных персон рангом пониже. Американский гость выяснил, «много ли российских промысловых судов находится в регионе, какова численность русских поселений». Так может, он и был шпионом?..

Следующий визитёр — американец Добелл. В октябре 1812 года он обратился к камчатскому коменданту и правителю области Петровскому с просьбой разрешить ему открыть торговый дом в Петропавловске для «производства оптовой торговли с камчатскими купцами». При этом обещал платить «государственную пошлину за проданные товары», а деньги, вырученные от торговли, «сдавать в Камчатское казначейство». Комендант столицу запрашивать не стал (очень это муторный и долгий процесс), принял решение самостоятельно. 22 ноября Добеллу разрешили «производить оптовую торговлю на сумму от 5 до 20 тыс. руб. и более», а в порядке реализации мер социальной ответственности бизнеса обязали кроме пошлины вносить регулярные добровольные взносы «в пользу города». Дела у торговца пошли в гору. Через пару лет он побывал в российской столице, получил аудиенцию у нового императора Александра I и при его поддержке протолкнул «законопроект о введении в Охотско-Камчатском крае беспошлинной иностранной торговли», а также «программу развития торговли и промыслов на Камчатке», в первую очередь китобойного. И за ближайшие несколько лет почти всё из задуманного и обещанного реализовал! Более того, китовым жиром и рыбой снабжал не только Камчатку, но и РАК. Трудно судить о степени поддержки предпринимательской активности американца со стороны российского самодержца, но вот что касается ценных советов… Добелл через губернатора Сибири Пестеля подал записку на высочайшее имя, в которой отмечал угрозу «русским интересам на Тихом океане», исходящую от Англии. И советовал: дабы удержать за собой Русскую Америку, РАК должна «действовать более активно, иметь средства для снабжения колоний… императорские военные суда должны деятельно защищать колонии». И Александр I, в некоторой мере откликаясь на этот призыв, принял оба указа о границе! При этом, правда, под раздачу попали не только англичане и прочие испанцы, но и дружественные Российской империи потенциальные американские торгаши. Почему для них, проживавших на своём собственном континенте, самодержец не предусмотрел никаких исключений? Видимо, какие-то резоны на сей счёт у него имелись, однако достоверно о них и поныне ничего не известно…

Шаг назад

Эти указы вызывают серьёзное недовольство в американских промышленных и правительственных кругах. Российскому посланнику в Вашингтоне вручается «резкий протест», а сенатор Ллойд публично задаётся вопросом: «Какое право имеет Россия на любое колониальное владение на континенте Северной Америки?» Именно в тот год и формируется печально знаменитая ныне «доктрина Монро» (по имени президента страны). От европейских держав требуется невмешательство в дела американского континента, в том числе и в «процесс отделения американских колоний от своих европейских метрополий», при этом Монро недвусмысленно угрожает России: «Мы будем считать любую попытку... расширить свою систему за счёт любой части этого полушария опасной для нашего мира и безопасности».

Ратификационная подпись Монро на конвенции «О дружественных связях, торговле, мореплавании и рыбной ловле» livejournal.com

Понятно, что доктрина направлена, прежде всего, против России, и этот документ — не просто набор слов на бумаге… Американское правительство прямо поддерживает своих торговцев, игнорирующих границы, обозначенные российским указом, — и готово поддержать их «активность в отстаивании своих интересов» силой оружия! А вот нашим колонизаторам воевать незачем, да и нечем. И Александр I даёт заднюю… В апреле 1824 года в Санкт-Петербурге подписана конвенция «О дружественных связях, торговле, мореплавании и рыбной ловле». Это первое официальное соглашение между Россией и Соединёнными Штатами, и оно гарантирует сторонам право на свободное судоходство и рыбную ловлю, а также определяет правила торговли с коренным населением вдоль северо-западного побережья Тихого океана. Ну и заодно перемещает ранее продекларированную южную границу России в Америке на новый, приемлемый для неё уровень — 54°40’северной широты.

Уступка и шаг назад? Бесспорно. Россия и Америка при ином межгосударственном раскладе могли бы стать добрыми друзьями… Но вышло так, что, похерив торговые связи и неплохие перспективы, налаженные Добеллом, остаются недоверчивыми соседями. Соединённые Штаты продолжают переговоры с Россией. И чего же они ещё хотят?..

Споткнулись о национальный вопрос

Ответ в тексте нового межгосударственного соглашения: хотят они полной свободы мореплавания и торговли. Переговоры эти будут идти ни шатко ни валко, пока новый властитель империи Николай I не пожелает активизировать процесс. 6 декабря 1832 года в том же Санкт-Петербурге стороны подпишут Договор о торговле и навигации. Мореплавание во владениях сторон объявят свободным и основанным на взаимности. Жителям России и Америки разрешат «торговать везде», им гарантируют свободное ведение дел, безопасность и покровительство наравне с жителями страны пребывания. А что выйдет на деле? Россия неожиданно (или ожидаемо) споткнётся на национальном вопросе. Вопреки подписанному договору, наше правительство будет применять для американских гостей иудейского вероисповедания те же ограничения свободы передвижения, что имелись для российских подданных-евреев, подчёркивая при этом, что «американские евреи не могут находиться в более привилегированном положении по сравнению с российскими». Президент Рузвельт, реагируя на эту государственную дичь, в 1904 году передаст российскому министру Витте послание для Николая II с напоминанием о необходимости решить эту проблему. Вопрос поступит на рассмотрение специальной комиссии, где и будет заволокичен. После чего, завершая шестилетние попытки найти «благоприятное решение», американцы расторгнут этот договор в одностороннем порядке…