Взаперти, под звуки радио и телеголосов

Одинокая старость — беда. Но во Владивостоке пожилые люди могут рассчитывать на медицинскую и социальную помощь

Она позвонила в редакцию ДВВ в понедельник, когда все заняты подготовкой номера и нам буквально головы не поднять. Обычно мы просим перезвонить позже, но слова и голос этой женщины так крепко зацепили, что я решила ответить тут же. 

Получился не просто разговор, а небольшое интервью про большую проблему — одиночество пожилых людей. На эту болезненную тему я писала лишь однажды и давным-давно. В соцзащите мне дали адреса одиноких стариков, и я пошла по домам. Лица, судьбы уже не вспомнить, но в памяти навсегда осталось общее, что объединяло их всех: за дверями каждой квартиры громко говорило радио. Чтобы не так тоскливо, чтобы ощущать присутствие, пусть иллюзорного, но — собеседника, чтобы через тонкую радио-ниточку удерживать связь с внешним миром. Именно эта важная нить вдруг раз — и оборвалась для моей собеседницы.

Мне хотя бы радио послушать

— Вы не беспокойтесь, я ничего не прошу, просто хочу поделиться. Мне 87 лет, я живу одна. И вот знаете, у меня на днях приёмник сломался, и теперь я не могу слушать любимое радио. Вообще будто рок какой: в одночасье всё перестало работать. Замкнуло электроплиту, все розетки на кухне сгорели, холодильник испортился, — поделилась Людмила Александровна (имя изменено. — Ред.).

— Неужели нет никого рядом, кто бы помог?

— Есть сестра, но она сама в возрасте, болеет, а дочке, племяннице моей, некогда: семья, свои проблемы. Да я понимаю и не в обиде.

— Как вы одна справляетесь?

— Так, потихоньку. Болячки мои мешают. Рука парализована. Давление скачет аж до 245. Ничего не могу поделать с этой головой — кружится и кружится. Бывает, падаю. Поэтому никуда уже не выхожу. Таблетки не спасают. Мне когда ещё врач сказал: а что вы хотели, скажите спасибо, что до 80 дожили. Выписала сейчас какие-то индийские препараты. Ох, дорогие…

Продукты мне приносят девочки-продавцы из магазина по соседству. Жаль, что овощи у них не продаются. А так-то у них всё есть.

Пятнадцать человек на сундук старика 

Пожилых приморцев, которые сегодня так же коротают дни в одиночестве, очень-очень много. Точных данных в открытых источниках нет. Только об одиноких людях всех возрастов: по информации ИА PrimaMedia, сегодня в крае насчитывается порядка 400 тысяч одиноких граждан, нуждающихся в круглосуточном уходе и присмотре. В том числе более 40 тысяч граждан с инвалидностью.

Если взять за основу местную статистику по пенсионерам, которые представляют уже более четверти населения края — 27,3 %, свыше 491 тысячи человек, и выводы ряда исследований, что в одиночестве, без мужа или жены, живёт каждый четвёртый пожилой россиянин, то их тысяч 130. Это, как вся Находка! Целый город одиноких людей!

Особенно жаль тех, кто действительно один, совсем один — ни семьи, ни детей. Живут свою невидимую миру жизнь — взаперти, в четырёх стенах, под звуки радио и телеголосов. А ещё — под пристальным взглядом мошенников всех мастей.

Вот к Людмиле Александровне мастер по холодильникам пришёл. Взял оставшиеся до пенсии 5 000 рублей и растворился.

Какие-то БАДы впаривают… 

А кто-то прямым текстом насчёт квартиры — типа дашь на дашь. Отпиши, а мы по гроб жизни помогать будем.

— Людмила Александровна, вы не думали в дом-интернат перебраться?

— Нет, это последнее — на Седанку попасть. Лучше одна дома.

— А если соцработника на дом пригласить — поможет убраться, продукты купит, лекарства?

— Вот этого мне не надо! Ещё без квартиры останешься за такие услуги.

Переубедить пожилую женщину мне не удалось. Увы, во Владивостоке многие до сих пор помнят, как в Седанкинском доме-интернате проворачивали макли с квартирами одиноких стариков. Взамен на пожизненное обитание в доме они дарили своё жильё интернату, а сотрудники, обернувшись в организованную преступную группу во главе с директором, успешно распродавали эти дары. История длилась девять лет. Был суд, обвиняемые получили условные сроки. Директор — шесть лет, соучастники — от трёх до пяти.

Старики, особенно одинокие, всегда желанная добыча мошенников. Наша семья тоже с этим столкнулась. Уссурийский почтальон или почтальоны поняли, что у родственницы деменция, и вначале приносили секвестированную пенсию, а потом и вовсе перестали выдавать. Когда мы собрались перевозить бабушку к себе, обнаружились долги по квартире: оказалось, четыре месяца пенсию она не получала.

На почте пытались врать и хамить: «У неё вообще никогда не было пенсии, и вообще кто вы такие!». «Не вернёте деньги, пойдём в прокуратуру», — жёстко сказала я. Пообещали вернуть через месяц. Вернули. Сейчас думаю, всё-таки надо было обратиться в правоохранительные органы. Не уверена, что бизнес на стариковских пенсиях на нас и закончился. К слову, наша оставшаяся без пенсии бабушка в тот момент уже и документы на квартиру зачем-то выставила на видное место, прямо в прихожей.

Хорошо, когда есть кому позвонить 

А знаете, не всё уж так печально со стариками, которым трудно выживать без посторонней помощи. Есть у нас Приморский центр социального обслуживания населения, и обратиться сюда может каждый. Звоните на горячую линию — 8 (800) 30-22-675, ответят на все вопросы, расскажут, что делать. Это очень важно, потому что многим старикам все эти нынешние «тырнеты», сайты, «Госуслуги» — тёмный лес, да ещё непроходимый.

С удивлением обнаружила, как просты первые стариковские шаги. Написать заявление о признании нуждающимся, отнести в МФЦ или переслать в центр по почте. В течение трёх дней заявление рассмотрят — проанализируют, проверят, составят акты. Ещё два дня — и получайте ответ. Если всё нормально, то человек сможет рассчитывать на комплекс услуг не только по льготному прейскуранту, но и совершенно бесплатно, по федеральному проекту с аббревиатурой СДУ, что расшифровывается как система долговременного ухода.

Нет проблем и с медицинской помощью. Если человек не может выйти из дома, достаточно позвонить в поликлинику, к которой приписан по полису, и вызвать врача на дом. Приедут, обследуют, назначат лечение, рассказали во Владивостокской поликлинике № 3.

А в поликлинике № 1 в соответствии с названием первыми запустили проект медицинской помощи на дому для маломобильных пациентов с хроническими заболеваниями. Это просто фантастика! Когда я рассказывала, что нашу бабушку после вызова скорой стали навещать невероятно приветливые молодые профессионалы из «первой», делали анализы, назначали препараты и даже записали к узкому специалисту, тоже с прибытием на дом, все удивлялись. А что, так можно?!

Правда, пока повезло лишь тем, кто живёт в зоне обслуживания отделения № 7, на Котельникова, 10.

— Мы намерены распространить проект на остальные терапевтические отделения. Уже составили списки граждан, нуждающихся в помощи на дому, в каждом отделении набралось 200–250 человек. Теперь наша задача — расширить участковую службу, подтянув сюда молодых специалистов, — поделилась с ДВВ заместитель главного врача по медицинской работе Ирина Горбунова. — Надеемся, что нас поддержат неравнодушные горожане: маломобильным пациентам требуется не только профессиональная медицинская помощь, но и обыкновенное человеческое внимание. От этого тоже во многом зависит продолжительность и качество жизни пожилых людей. Навестите одинокого соседа: вдруг ему нужно ваше участие.

— Людмила Александровна, давайте я к вам в гости приду? Покажете, чем живы, подумаем, как дальше жить.

— Ой, не надо. Не могу вас принять: вся квартира коробками с книгами заставлена. Они в гараже хранились, но его снесли, пришлось домой забрать. Хоть убей, не могу книгу выбросить. Я всегда много читала, 30 лет работала экономистом в госструктурах. Мне 62 было — выставили за дверь. «Что это за старуха здесь сидит? На выход!» Сейчас тем более никому не нужна.

Лучше я вам ещё раз позвоню, Марина. Можно? Не пожаловаться, нет. Просто немножко поговорить.

— Конечно, звоните, — сказала я.

Вечером мы с мужем заехали в магазин и купили для неё приёмник. Настроили на одну очень душевную волну. Обязательно передадим. Плохо человеку без радио.

Старики и радио — такая же пронзительная вещь, как «Старик и море» Хемингуэя. Надрывает сердце.