Владивосток

-2°
60.75
63.3
Общество

07 сентября 2022, 11:23

Эксперты: проблемы пасечников не решить, пока лес — «шведский стол» для бизнесменов

Автор: Ирина Фасова

Эксперты: проблемы пасечников не решить, пока лес — «шведский стол» для бизнесменов

В Приморье пчеловоды Дальнего Востока, сотрудники Всемирного фонда дикой природы, общественники собрались за круглым столом, чтобы решить общую задачу — сохранение медоносов России. В первую очередь речь идёт о липе. Её продолжают нещадно уничтожать. «Зоны покоя», запрещающие рубки вокруг пасек, пока себя не оправдывают. И это не единственная горькая правда о сладком золоте. 

Успокойте пчеловодов

Пчеловоды встречались в Анучино — селе, которое называют медовой Меккой Приморья. Для Приамурья таким «священным» местом считается Облучье. Но пчеловодам обоих Мекк приходится совсем несладко. Лесов, кормовой базы, становится всё меньше. Законов, защищающих пчеловодов, не прибавляется, а имеющиеся не работают.

В Приморье три вида лип, дающие до 90 % всего медосбора. Объёмы заготовок медоноса увеличиваются беспрецедентно. Это больше всего возмущает пчеловодов.

— Особое беспокойство вызывают рубки в непосредственной близости от пасек. По закону лес вокруг стационарных точек, переданных в аренду или безвозмездно пчеловодам, считается особым защитным участком (ОЗУ). А насаждения липы вокруг кочевых пасек, с которых собирается большая часть мёда, не защищены вообще никаким законом. В связи с этим регулярно поднимается вопрос о полном запрете заготовки липы в регионе, — рассказывают в Амурском филиале Всемирного фонда дикой природы.

До принятия подобных решений на федеральном уровне в Приморье ввели временную меру — «зоны покоя» вокруг пасек. Радиус их действия — три километра. В итоге три года назад в новый Лесной план включили участки площадью более 1,2 млн га. Цифра звучала бы оптимистично, если бы не одно глобальное упущение. Перечень создавали «на глазок», без исследований на местности. А потому в зоны покоя попали совсем не те (не всегда те) таёжные участки, которые важны для пчеловодов.

— Для формирования обоснованных «зон покоя» в Приморье проводят картирование пасек. На сегодня на интерактивную карту нанесены уже 730 пасек (283 — стационарные и 447 — кочевые), — уточняют в Амурском филиале WWF.

Очень много вопросов у пчеловодов к краевому министерству лесного хозяйства и охраны объектов животного мира.

— Создание анонсируемых зон покоя намеренно или по безалаберности тормозит именно это ведомство. Некоторые пчеловоды ещё год назад вносили свои предложения с указанием координат пасек, им не удосужились дать даже дежурную отписку. Хотя есть определённый законом 30-дневный срок, по истечении которого ведомство обязано отреагировать, — говорит Рамиль Еникеев, председатель Союза пчеловодов Приморского края.

Пчеловоды страдают от местных бюрократов в той же мере, что от бизнесменов. Процедура оформления документов на участок под пасеку невероятно запутанная. Простого алгоритма действий не существует, хотя о его разработке давно просят приморцы. В итоге, когда участок наконец достаётся пчеловоду, он ему уже не нужен. Там лесозаготовители успевают вырубить всё, что можно, точнее, что нельзя.

Безупречных лесосек не видел

Александр Олифиренко, директор АНО «Центр природоохранных инициатив», говорит, что в приморском крае нет ни одной «хорошей» лесосеки. На каждой можно найти массу нарушений, в результате которых государству наносится ущерб на десятки миллионов рублей.

— У нас принято закрывать на это глаза. Если лесозаготовителей проверять по закону, то полностью парализуется лесная отрасль. Это надо делать постепенно.

В Приморье больше 90 % — это приисковые, то есть выборочные рубки. Они вообще запрещены. Само их назначение — уже преступление. А у нас лесозаготовитель заходит в лес и забирает самое лучшее. Это приводит к экологической деградации и отрицательной селекции, — уверен Олифиренко. — Нелепый и подход к лесоустройству, которое возложили на арендаторов. У них задача абсолютно другая — побольше срубить и ничего не садить. Так что проблемы пчеловодов гораздо глубже.

Но всё не так безнадёжно, как кажется на первый взгляд. Оказывается, в Приморье бизнесменам, делающим миллионы на дарах природы, начали закручивать гайки.

— Сегодня пересматривают договоры аренды, заключённые ранее, не в пользу лесозаготовителей. Они упорно сопротивляются, развернули целую кампанию в Москве. Сейчас в суде против краевого лесного министерства находится около 100 дел. Бизнесмены привыкли к изобилию, привыкли относиться к лесу как к месторождению древесины, — говорит эксперт.

При заключении договора арендатор платил по 100 рублей за кубометр древесины, за липу — ещё меньше, а продавал по 200–300 долларов за кубометр.

— Договор аренды — это входной билет на шведский стол. За символическую плату ешь от пуза, то есть рубишь леса, сколько влезет. Сейчас идёт постепенный и правильный, на мой взгляд, переход от такой формы эксплуатации лесных ресурсов, как аренда участков под заготовку древесины, к покупке древесины на корню с аукциона. Лесопользователям приходится выкладывать по 5–6 тысяч рублей за кубометр. В результате сборы с арендаторов выросли в десять раз — со смешных четырёх миллионов рублей до пяти миллиардов, — делится жизнеутверждающей статистикой Александр Олифиренко.

Не революция, а резолюция

В связи с новыми тенденциями с этого года стали увеличивать зарплату лесничим, где-то даже в два раза. Прежде им в среднем платили 14 тысяч рублей в месяц. Появились деньги на строительство лесопитомников, заготовку семян.

— Процесс восстановления очень длительный и сложный. За 15 лет с момента принятия нового Лесного кодекса лесозаготовители себе ни в чём не отказывали. Леса истощены. Если посмотреть на них с высоты птичьего полёта, покажется, что лес у нас полосатый, его как будто разодрали гигантскими когтями. Это следы волоков — линий, по которым идёт бульдозер и вырывает древесину. Площадь волоков не может превышать 15 % леса, по факту она составляет 30–50 %, — говорят специалисты.

Фиксировать нарушения некому и некогда. Это задача участковых лесничих, но они не в состоянии составить такое огромное количество протоколов. Главное, лесничий должен «заложить» арендатора, который ему и платит зарплату.

— Поэтому так важен институт общественных инспекторов при органах лесного хозяйства, — считает Рамиль Еникеев. — Сейчас в Приморье их становится всё больше. Эти люди знают, как правильно оформить нарушение, как взаимодействовать с властями. Но нужно время, надо накапливать опыт.

Сейчас в краевом Союзе пчеловодов заканчивают работу над резолюцией по итогам круглого стола. Главный пункт — сохранение липы. Обоснованные предложения пчеловоды отправят краевому и федеральному правительствам.

Слушать

С нами на волне

Vladivostok FM106.4 FM