Нагорный хозяин

Сказка 

Был конец августа, утро, около девяти, и вверх по бетонной дорожке Нагорного парка поднималась пара: молодой человек лет двадцати трёх — двадцати четырёх и девушка, чуть моложе его. Лёгкой походкой, взявшись за руки, они спешили на смотровую площадку юго-восточного отрога горы Буссе́. Было угрюмо и тускло, собиралось ненастье, и солнце пряталось за густыми облаками, похожими на огромные клубки тёмной ваты. Но небесная хмарь нисколько не омрачала радужного настроения влюблённых.

Вокруг росли деревья-великаны, во все стороны ветки, длинные, распластавшие, точно руки богатырские; цветы с травами благоухали, террасы с лавочками уют создавали; кафе, невзирая на ранний час, были открыты, а ближе к цели каменный грот по пути попался. В парке царила чистота, и, казалось, будто добрый волшебник следил за его порядком вместе с верными помощниками — тиграми, котами, черепахами, бурундуками и лесными голубями, чьи изображения встречались повсюду.

Но молодые люди этого не замечали — они торопились, словно боялись пропустить нечто сокровенное. Не было ни души: обычно парк популярен для прогулок, игр и созерцания после полуденного выстрела пушки на Корабельной набережной. Придя на вершину, они замерли от восхищения: перед ними как на ладони открылись просторы Японского моря — бухта Золотой Рог, пролив Босфор Восточный и два залива, Уссурийский и Амурский; вдали щеголяли знаменитые вантовые мосты, острова, горная цепь Сихотэ́-Али́ня, и вокруг отлично просматривалась обширная панорама их родного Владивостока. Несмотря на погодную серость, тумана не было, и это радовало.

— Хорошо, что именно в этот час пришли. Такое великолепие! — говорил молодой человек своей спутнице, несмело сжимая её руку, хрупкую и изящную.

— Да, ты прав! — согласилась она, не отводя безмятежного взора от шёлка морской глади. — И воздух особенный!.. Помнишь, ты рассказывал, что где-то здесь дед Карачу́н бродит? Кругом парк, и нет ни одного строения, хоть как-то похожего на его дом. Даже если он сказочный дед, ведь не на улице ему жить!

— Как нет? — и молодой человек показал на ветхий домик, спрятавшийся в небольшом распадке.

— А я его и не приметила, — растерялась девушка и предложила пройтись к нему.

Юноша кивнул, оставаясь в некотором сомнении.

— Что не так? — чуть заволновалась спутница.

— Не знаю, Мариш, правда или нет… От деда своего слышал…

— Не тяни, продолжай, — мягко попросила она.

— Так вот, — наконец решился паренёк. — На сопке издавна Нагорный хозяин главенствует, и каждому он в разном обличье является. В каком — человеку самому решать — хозяин горы ему встретился, случайный прохожий либо просто собака с кошкой. И задать ему можно только один вопрос.

— Саша, а если он в том доме? — девушка имела в виду старое жилище.

— Пожалуй… Странно: раньше, сколько бывал в этом месте, не обращал на него внимания…

— Из-за деревьев, наверное! Сейчас дело к осени, зелень редеть начала.

— Да, скорее всего, — и, уже смелее взявшись за руки, они стали спускаться по дорожке к небольшому домику.

***

Неожиданно из-за кустика выбежала козочка: белоснежная, холёная, с шелковистой шёрсточкой, изучая пару умными внимательными глазками.

— Ух ты, диво какое… — прошептала девушка, сорвав чудом оставшуюся ромашку — давно не сезон для цветов этих был, и протянула её подоспевшей козочке.

Та взяла стебелёк влажными розовыми губами, но не стала жевать, продолжая пристально рассматривать молодых людей.

— О, у меня ведь семечки очищенные есть! — вспомнил Саша, достав пакетик. Открыл его и высыпал на ладонь зёрнышки, угощая Белоснежку — так он прозвал про себя первую встречную.

Коза бережно положила ромашку на землю и с большим удовольствием съела лакомство. Благодарно взглянув на юношу и не забыв про цветок, устремилась вниз по тропинке, оглядываясь и словно зазывая следовать за ней.

— Пойдём! — Марина легонько коснулась Сашиного плеча, и тот первым направился за козочкой.

Она привела их к домику, за которым молодые люди наблюдали ещё со смотровой площадки и куда спешили сами. Палисадник, окружённый деревянным, окрашенным в зелёный цвет штакетником, был полон ярких георгинов, бархатцев, астр, хризантем и подсолнухов. Вблизи дом казался уже не обветшалым и вовсе не крохотным, а обычных размеров и вдобавок милым и симпатичным: бревенчатый, с узорчатыми бело-голубыми ставенками и наличниками; острая крыша, похоже, недавно подлатанная новым то́лем; веранда, увитая гроздьями спеющего чёрного винограда; крылечко на две ступеньки. Калитка была отворена, и козочка уверенно зашла сначала во двор, застеленный длинными широкими досками, затем в сарайчик. Нежданные гости остались перед дверью дома, не решаясь постучаться.

Во дворике на круглом столе с голубой бархатной скатертью стояли большие, около метра в высоту, часы: металлический корпус украшен жёлтыми, зелёными и красными резными вставками из дерева, а над круглым перламутровым циферблатом с хрустальным стеклом и стрелками в форме зигзагообразных искр возвышалась высокая башня — она напоминала кремлёвскую, с рубиновой звездой на клиновидном пике. Снизу на малахитовом табло располагались медные тумблеры: полукругом над первым было написано — «электричество», над вторым — «свет», над следующим — «радио», последний же предназначался для переключения громкости звука. К звезде и разноцветным окнам над башенными часами шли проводки, очевидно, для освещения.

Молодые люди, затаив дыхание, рассматривали сложную конструкцию, и обоим одновременно вспомнился кукольный театр с царившим в нём таинством из сказки про Буратино.

***

— Ещё и музыка играет в часах-то моих!

Они обернулись и увидели согбенного старичка: в широкополой шляпе, светлой рубахе и тёмных штанах, заправленных в кожаные сапоги. Он задорно на них посматривал, подмигивая и веселясь при этом.

— Что, коза моя привела? — поинтересовался старичок хрипловатым голосом.

— Да, дедушка, она, — ответил Саша, представив хозяину свою девушку и сам назвавшись.

— А меня дедом Кузьмой кличьте.

— Старинное имя… — тихо произнесла Марина.

— Да и я не шибко молодой, — усмехнулся дедушка и сел на скамейку. — Садитесь, в ногах правды нет, и говорите, куда путь держите, не на часы ведь глядеть пришли.

— Они у вас необыкновенные! — похвалила девушка.

— От отца мне достались, а ему — от своего отца и так далее. Сколько лет часам, не знаю. Только каждый из рода нашего их совершенствует: кто проводок какой добавит, кто кнопочку с лампочкой заменит, а кто цвет обновит.

Молодые люди послушно присели на другую скамью, и Саша, набравшись духу, начал:

— Думали рассвет на видовой площадке встретить, но из-за пасмурной погоды решили в парк попозже прийти.

— Так не время сейчас по паркам разгуливать, — щурился дед Кузьма. — Может, с целью какой?

Юноша немного замешкался, и ответ держала его спутница:

— Мы хотели у Нагорного хозяина совета спросить.

— Какого такого совета? — улыбался дедушка. — Не нужны вам лишние слова. Как исполнится Александру двадцать четыре — в ЗАГС идите. Чего тянуть-то? Главное, время запомните: девять часов пятьдесят две минуты — ваше счастливое время, в сей момент все чудеса будут с вами случаться. — Глаза его совсем узкими стали: то ли от смешинок бесхитростных, то ли от внимания, с которым он молодых привечал, а может, от глянувшего из-за тучек солнышка лучистого.

Марина сильно засмущалась, покраснела, отвела глаза от деда Кузьмы. В это время к ней козочка подошла, держа в зубах веночек, из ромашек сплетённый.

— Надень — за козу говорю, — она кому попало венки не плетёт! В этом году по причине лета жаркого ромашки с клевером решили по второму разу цвести, — также посмеиваясь, объяснял дедушка. — Не зря назвал я козочку Жи́ва — она живо на добрые сердца откликается.

Девушка взяла веночек в руки, любуясь им.

— Как же копытцами она с цветочками управляется? — искренне подивилась Марина.

— Дарёному коню в зубы не смотрят! — дедушка на мгновение посерьёзнел, вскочил, сапожком притопнув.

После этих слов де́вица тут же венок надела.

— Ай, невеста-краса,

Длинна русая коса,

Васильковые глаза,

Пой на разны голоса!

Бело-сини небеса,

Богатырские леса,

Дайте лишних три часа, —

Ромашковые чудеса!

— нараспев проговорил дед Кузьма, снова присев и попеременно хлопая себя ладонями по коленям. — Сохрани венок до свадьбы-то! Цветы засохнут, а ты его не выбрасывай. После свадьбы обратно принеси, но сюда уже не иди: оставь внизу, в воду прудика опусти, возле площадки детской.

***

— Хотел ещё узнать, — после некоторого молчания продолжил Саша, — дедушка Кузьма, верно, что Нагорного хозяина иногда дедом Карачу́ном называют?

— Нет, это байки! Так его те́ зовут, кому он зимой повстречался, в стужу и метель. Настоящий дед Карачун давно уж за тридевять земель, на Лысой горе, возле источника ведьминого. Кто из него воды выпьет, вмиг прошлое забывает, а сердце ледяным становится… — дедушка задумался. — А мож, с собакой какой перепутали али волком. Ведь дед этот — повелитель зим суровых и морозов трескучих, а волки — самые что ни на есть его помощники.

— Дедушка, разве волки в городе бывают? — поразились молодые люди.

— И волки попадаются, и медведи. Подчас тигры заходят. Того и гляди в оба — шубу порвут! Только вы опасностей не ощущаете в своих домах-клетках высоченных, впрочем, как и красоту всеобщую. Далеки от природы-то. Так, промелькнёт порой… Камеры ваши засветят кого иногда, и то не замечаете, — видя расширяющиеся от изумления глаза Александра с Мариной, добавил: — Вы слова́ мои всерьёз не берите: старый я совсем, побреха́ть люблю! Да и присказку за сказку не принимайте! Лучше чаю выпейте с шишками сосновыми и будьте здоровы! Старичок поднялся, покряхтел-покашлял, руки потёр, шляпу поглубже натянул и исчез, будто сквозь землю провалился.

***

И молодые люди вновь на вершине парка очутились: сидели себе спокойно на круглой скамеечке, прислонившись друг к дружке, поса́пывали. Рядом в стаканчиках чай ароматный дымился, хвоей пахнущий, а на голове Марины веночек ромашковый красовался.

— Когда успела сплести? — недоумевал Саша, резко проснувшись и широко глазами хлопая.

— Так как же? — девушка подняла голову, поёжилась, пряча зевоту. — Дед Кузьма дал.

— Разве твои бабушки и дедушки не в посёлке живут? — и, не дожидаясь ответа, снова спросил: — А ведь там, в распадке, раньше дом старый стоял, неужели снесли?

— Не помню, я давно здесь была, а вниз никогда не ходила.

Марина достала зеркальце в серебристой оправе, погляделась в него.

«И действительно, какой ещё дед Кузьма?» — подумала она и тут блеянье козы услыхала. Оглянулась — нет никого.

«Наваждение какое-то! Или сна продолжение?» — но веночек с головы не стала снимать.

Сохранила его, а через год свадьбу с Сашей сыграли. Скромную, без роскоши, долгих речей и кучи гостей. А венок тот в прудик по наитию сердечному опустила. На него лягушата ловко взобрались, с радостью облюбовав нежданно появившийся островок.

— О, сколь детишек у вас будет! — сказал с лёгким смехом незнакомый дедушка, он как раз мимо проходил.

Или знакомый? Шляпа широкополая, белая рубашка, наглаженная и накрахмаленная, сапоги кожаные, в них штаны тёмно-серые туго заправлены… Нет, показалось… А лягушонки не только венок заполонили, ещё и песни свои хоровые распевать начали. Тихонько, конечно, но нисколько не боясь ни шума, ни людей.

***

Кто увидит хозяина горы в Нагорном парке, говорят, тому счастье будет; главное — среди встречных заметить. Ведь он разные обличья принимает: кому козочкой покажется, белоснежной и ласковой; кому дедушкой мудрым, дающим советы нужные; кому богатырём-защитником, большим и рукастым; кому волком либо медведем с тигром, кому черепахой столетней, бурундуком полосатым, котом мурлыкающим или голубицей воркующей; кому лягушонком сладкозвучным, на все голоса слух радующим песенками мелодичными; а кому стрелками-искрами на часах башенных, время верное указывающих… Одно несомненно: если распознает пара Нагорного хозяина, не забудет его наказов — много-много лет будет вместе жить в радости, любви, согласии и благополучии. 

Досье

Автор Наталья Олеск — немного о себе

Так уж получилось, что всё своё время я посвящала семье и работе. В 2020 году, во время пандемии, впервые за много лет наступило долгожданное затишье и мне удалось осуществить сокровенное — издать первую книгу. В итоге за пять лет мои произведения стали лауреатами, финалистами и победителями многих литературных конкурсов: Общероссийская литературная премия «Дальний Восток» им. В. К. Арсеньева, Московская литературная премия-биеннале, Международный литературный конкурс малой прозы «ЭтноПеро», ЛитРес, Дальневосточная выставка-ярмарка «Печатный двор», международная книжная выставка-ярмарка в Гонконге. Одна из книг («Остров спасения — Русский») получила государственную субсидию от министерства культуры и архивного дела Приморского края. Книги опубликованы многими изданиями и в разных литературных сборниках. Также я сама записываю аудиокниги. В электронном формате произведения можно найти на разных площадках.

Активно выступаю перед детьми и взрослыми в библиотеках, школах, книжных ярмарках, литературных вечерах и фестивалях. Историческая составляющая, описание природы, жизни и быта людей — главное в моих книгах, независимо от жанра и возраста читателей.