Служение русскому делу

Наши моряки во все времена спасали гражданских жертв войн и конфликтов

5 февраля 1915 года на рейд Сингапура прибыл российский крейсер «Орёл», и высадившиеся десантники сразу же вступили в бой с мятежными сипаями... В этом сложносочинённом предложении две части, каждая напоминает сюжет некой выдуманной компьютерной игры. Но история эта реальна!..

Крейсер «Орёл» dzen.ru

ПРЕДЫСТОРИЯ: не просто союзники

В 1915 году Великобритания и Российская империя — союзники по Первой мировой войне. В этом же году Сингапур — колониальное владение англичан, именуемое Британским Сингапуром. Службу в анклаве нёс 5-й пехотный полк Британской индийской армии, целиком состоявший из сипаев. Эти воины не могли приспособиться к новым условиям жизни: на родине, в Индии, у них был постоянный доступ к козьему мясу и молоку, а в Сингапуре «приходилось довольствоваться заменителем — курицей — и очень небольшим количеством молока». 27 января 1915 г. личному составу объявили, что полк будет переведён в Гонконг для дальнейшего несения гарнизонной службы. Однако организаторы мятежа, так и оставшиеся неизвестными, распустили слухи, что сипаев отправят «в Европу или в Османскую империю для борьбы с единоверцами-мусульманами».

БУНТ: стрельба по гражданским

Утром 1 февраля четыре сипайские роты из восьми взбунтовались (остальные сбежали в джунгли выжидать, что к чему), при попытке восстановить порядок два британских офицера были убиты. Далее мятежники числом больше 200 человек отправились за боеприпасами в казармы. Без предупреждения открыв огонь по охранникам лагеря, они расстреляли 14 человек и достигли своей цели как следует вооружиться. Поскольку был разгар китайского Нового года, то отсутствовали китайские воины-добровольцы — и город оказался беззащитен перед бунтовщиками. Британский вице-адмирал Мартин Джеррам, фактически исполнявший обязанности коменданта гарнизона, дал в радиоэфир отчаянную просьбу «о помощи всем союзным военным кораблям, находящимся поблизости». А кого надо было спасать, если весь воинский контингент эти самые бунтовщики и составляли? В ближайшие трое суток, пока помощь ещё не подоспела, озверевшие сипаи «намеренно стреляли в каждого европейца, которого они видели», при этом «без разбора резали и расстреливали белых мужчин, женщин и детей».

Позже официальный следственный суд, который будет разбираться в подробностях этого жуткого и бессмысленного инцидента, опишет мятеж как «часть плана по убийству женщин». Ну а пока отряд волонтёров, наспех собранный из мужчин, забаррикадировавшись в штабе, из последних сил держит огневую оборону. В это время же командующий Тихоокеанской эскадрой адмирал Максимилиан Шульц, получив просьбу о помощи, отдаёт приказ «Орлу» «немедленно отправиться из Пенанга в Сингапур», проявляя при этом «крайнюю осторожность и боевую готовность в пути».

Наверное, он мог бы особо не активничать и затеять согласование с вышестоящими: а надо ли помочь союзникам, а как это лучше сделать... Но, очевидно, понимал, что промедление не просто смерти подобно — а многим смертям гражданских лиц, чья вина была лишь в цвете их кожи. Понимал, что он хоть и из балтийских немцев, но россиянин, представляющий славный императорский флот. И при этом служит великому русскому военному делу, смысл которого — не только побеждать на морских просторах, но и протягивать руку бескорыстной помощи всем нуждающимся в ней.

ПОДАВЛЕНИЕ: бои местного значения

Пулемётная точка, оборудованная русскими десантниками

Первыми, сутками ранее, на помощь прибывают два японских крейсера. На борту «Орла» 40 человек, два пулемёта и врач. Мятежники, обнаружив, что дела их уже не очень, пытаются смыться к проливу, чтобы сбежать на материк. И это хорошая новость. А плохая в том, что к этому отряду сипаев примыкают более двухсот их сослуживцев, до того отсиживающиеся в джунглях. Потому что и тем, и другим терять нечего, и военные, прибывшие на помощь, не станут делить встреченных ими сипаев на «мирных» и убийц.

Как воевали японцы (наверное, героически) — нам не особо интересно. А вот как дрались российские десантники — о том они оставили мемуары в редких периодических изданиях той эпохи. Перед вами — наиболее яркие их фрагменты. Учтём, что сипаев сотни, а наших — несколько десятков...

«Выделялся своим спокойствием и отличным знанием дела старший лейтенант Сергей Николаевич Петров. Именно по его настоянию весь личный состав десантного отряда на следующий день после высадки на берег с головы до ног поменял экипировку, перейдя на походное обмундирование. Это спасло не одну жизнь, так как, оставшись в белой форме, десантники представляли собой отличную мишень. Не меньшего одобрения заслужил и мичман Лев Евгеньевич Кованько — как своим поведением под огнём, так и прекрасным выполнением всех поручений командования».

«Русскому отряду предписывалось немедленно перехватить мятежников, заняв позиции у дворца султана. ...Было уже совершенно темно. Из зарослей в упор раздалось несколько выстрелов, которыми сразу же были тяжело ранены навылет в грудь два нижних чина — водолаз Новичков и машинист Екенин. Екенин упал на том же месте, где его ранили, а Новичков пробежал прыжками через кусты несколько шагов и тоже упал. ...Лежавший рядом, привалившись на бедро, всё время громко стонавший Новичков в это время стал хрипеть и биться, потом потерял сознание и на вопросы не отвечал».

«Утром 14 февраля русские моряки заняли один из районов береговой линии пролива, чтобы преградить путь к отступлению теснимым мятежникам». Во время этой операции удаётся задержать десятки сипаев живыми, а также обнаружить раненых и тела убитых мятежников.

Теснимые войсками союзников, разрозненные группы сипаев помышляют лишь об одном — как можно быстрей и незаметней добраться до спасительного пролива. Поэтому им не имеет никакого смысла обнаруживать себя применением оружия. И когда, как им кажется, они уже оторвались от преследования и близки к своей цели, на их пути неожиданно оказываются пулемётные заслоны российских матросов с «Орла»! Наши моряки в ходе всех этих стычек убивают около десятка и берут в плен 180 бунтовщиков. Причём в каждом из этих, как правило, ночных сражений россияне действуют не числом, а умением и мужеством! Так, 25 февраля в ходе последней перестрелки пятеро наших десантников сдерживают напор 22 мятежников, пытающихся вырваться из джунглей. А спустя день нашему отряду предоставляется суточный отдых, через день — указание о передаче позиций английскому подразделению. «К этому времени на свободе осталось не более 60 мятежников, с которыми колониальные власти смогли справиться самостоятельно».

ЭПИЛОГ: казнь и награды

Командир «Орла» Винокуров (слева) и губернатор Сингапура Юнг обходят строй русских моряков-десантников

«Помимо участия в боевых действиях, «Орёл» также предоставил кров некоторым жителям, эвакуировавшимся из города, — приняты на борт 42 женщины и 15 детей».

«Когда мятеж был подавлен, русский капитан Винокуров сказал британскому губернатору Сингапура, что помощь России в подавлении мятежа объединит две страны лучше, чем любой договор».

«Русским морякам британские власти и местное население оказали тёплый и радушный приём. Губернатор Юнг произвёл смотр отряда, который предстал в своём походном снаряжении. ...Губернатор после церемониального марша отряда пригласил всех на обед».

«Более 205 сипаев предстали перед военным трибуналом, 47 из них были публично казнены. 64 мятежника были приговорены к пожизненной ссылке, а 73 — к тюремному заключению на срок от 7 до 20 лет. Публичная казнь через расстрел состоялась в тюрьме Аутрам, за ней наблюдали около 15 000 человек».

«На “Орле” приняли на борт обоих пострадавших в десанте и последнего раненого. Утром 8 марта “Орёл” снялся с якоря и направился к родным берегам. Посетив по пути 13–15 марта Гонконг, корабль рано утром 22 марта вошёл в бухту Золотой Рог. ...Весь личный состав десантного отряда получил награды — ордена Св. Анны 2-й и 3-й степени с мечами, Св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом, серебряные медали “За усердие” для ношения на груди на Станиславской ленте».

Судьба Максимилиана Шульца сложится трагично. С приходом к власти большевиков он не пожелает примыкать ни к красным, ни к белым. Но, имея такую должность, сохранить гражданский нейтралитет окажется невозможным. Осенью 1919 года его схватят чекисты и расстреляют без суда и следствия, при этом место погребения останется неизвестным.