Очарованные странники

Пришли ниоткуда — ушли в никуда...

130 лет назад, в январе 1896 года, на место жительства в Никольск-Уссурийский приехала некая Агния (она же Агнесса и Аглая) Динесс. Уже немолодая леди, претерпевая постоянную нужду, продолжила заниматься любимым делом — фотографией. Примерно в это же время в окрестностях русского Порт-Артура делал свои снимки фотограф Валериан Динесс... 

 

ЗАГАДКА: фотографы без собственных фото

Кем они были друг другу? Супругами, настоящими или бывшими? Вроде бы нет. Родственниками? Данных об этом тоже не найдено. Может, просто однофамильцами? Версия, учитывая те обстоятельства, что оба они как носители редкой фамилии и любители фотоискусства оказались одновременно в далёком ДВ регионе, также представляется невероятной. Может быть, это вообще один человек? Пролить свет в данном случае могли бы фотоизображения наших героев, но... Как часто бывает, «сапожники» оказываются «без сапог», а фотографы-подвижники — без собственных фотографий.

Почему подвижники? Достоверная информация о них крайне скудна и отрывочна. Однако из того, что удалось собрать воедино, можно сделать вывод: ни ему, ни ей открытые в разные годы фотоателье не позволили заработать на сытую жизнь. А все свои сбережения они вкладывали в любимое занятие и путешествия по восточной окраине России. Откуда Динессы пришли — мы не знаем, куда и когда ушли (либо скончались) — тоже. От них остались обрывки памяти и яркое фотонаследие — около сотни снимков Валериана и примерно два десятка от Агнии.

АГНИЯ: выставка в Париже

Агния Динесс. Золотоискатели на Амуре, 1895 г. vk.com

Первая женщина-фотограф на Дальнем Востоке, Агния Павловна, снимала панорамные виды строящихся городов, аборигенов, корабли на фоне живописных вулканов, восточные храмы и дворцы. География её фоторабот впечатляет, и это почти весь ДВ регион: Камчатка, Сахалин, Охотск, Императорская Гавань, Порт-Артур, Уссурийская железная дорога, Зейские золотые прииски плюс города в Китае. Зимой она работала в собственной студии, а летом путешествовала с громоздкой фотоустановкой.

Первые снимки Агнии Павловны датируются 1891–92 годами и сделаны в её ателье «А.П. Динесс на Амуре». Дальнейшие следы обозначены в заметке из газеты «Приамурские ведомости» от 1 мая 1894 года: «С пароходом «Джалинда», останавливавшимся на полдень в Хабаровске, в числе прочих пассажиров проезжала г-жа Динесс. Муж её был почтово-телеграфным чиновником. Оставшись вдовой, г-жа Динесс занялась профессиональной фотографией, предприняла путешествие по Амуру и на о. Сахалин с целью собрать коллекцию видов этих местностей, на что предполагает употребить целый год. У г-жи Динесс уже имеется довольно большая коллекция снимков, очень отчётливо исполненных». Так что можно допустить, что Агния получила свою фамилию в браке с прямым родственником Валериана Динесса (например, родным или двоюродным его братом).

В 1898 году её фотографии попали в столицу России и вызвали большой интерес. И за границей. Так, в 1900 году в Париже предполагалось проведение тематической выставки, куда «должны были быть отправлены экспонаты и фотографии типичных местностей края, морских промыслов; фотографии, иллюстрирующие быт малых народов и переселенцев». Вероятно, г-жа Динесс получила предложение принять участие в этом мероприятии, однако средства её и возможности были скудны. Сравнительно недавно усилиями заместителя директора владивостокского РГИА ДВ Натальи Троицкой были найдены и опубликованы два письма Агнии. Они адресованы Аркадию Беневскому, помощнику приамурского генерал-губернатора Гродекова. Из которых следует, что проживавшая в Никольске-Уссурийском фотограф не могла без государственной материальной поддержки решить вопросы участия в выставке: «Для выставки Парижа постараюсь составить альбом, какой сумею. У меня в настоящее время есть видов до 200 шт... Немного тяжело мне делать мои экскурсии без средств, видов сбыт невелик, а поездки стоят недёшево. В Никольске у меня дело фотогр(афии) круглый год, в моё отсутствие работает помощник, и живу я на средства, которые зарабатываю фотографией. Слава Богу, пока здорова, работа идёт своим порядком, порой и устаю, но причиной усталости думаю мои года — 55 лет уже кончилось... Я бы не беспокоила Вас, но у меня в настоящее время очень мало денег... На днях я пошлю небольшой альбом моих работ. Не откажите передать его в Хабаровское отделение Импер. Геогр. общ(ества), денег мне за него не надо». Как кончилась переписка — мы не знаем. Как и всё, что случилось в дальнейшей судьбе Агнии Павловны.

А в завершение этой главки — любопытный факт. В апреле 1889 года во Владивостоке открыл своё ателье фотограф Александр Хлебников, бывший вятский цеховой, державший студию в Казани. Есть версия, что он в наших краях оказался не случайно, а потому, что являлся родным братом Агнии. И поэтому уже вскоре перебрался в Никольск-Уссурийский, где она проживала и трудилась. Но это, конечно, неточно...

ВАЛЕРИАН: фотограф и публицист

Где и когда родился — также неизвестно. По одной версии, был сосланным в Иркутск поляком-поселенцем, по другой — офицером русского флота, также наказанным ссылкой за неведомые прегрешения. В начале 1880-х годов Валериан Андреевич стал фотографом и членом Восточно-Сибирского отдела Русского Императорского географического общества. Как и все местные коллеги по профессии, жил небогато и подрабатывал судебной фотографией. Его ателье «Собственная фотография В. Динессъ» функционировало до 1883 года, после чего, получив от властей своеобразный грант, он отправился в длительную поездку на Дальний Восток. После её завершения предоставил генерал-губернатору Александру Горемыкину обширную фотоколлекцию «Порт-Артура и типов орочан Амурской области». Позже ещё не раз выезжал в самостоятельные экспедиции по Сибири, Забайкалью и той же Амурской области.

Кроме несомненного дарования фотохудожника, Валериан Андреевич проявил и литературно-публицистические способности. Так, в 1883 году подготовил к публикации рукопись «О забайкальских бурятах», в которой дал описание национальных женских головных уборов, украшений и жилищ. Однако после критического отзыва местного священника В. Копылова этот труд так и не увидел свет и отправился в архив. А по итогам поездки в Порт-Артур написал текст (статус и адресат его неясен), в котором нелицеприятно отозвался о ситуации в заграничном владении Российской империи: «Занятие Порт-Артура несомненно возбудит Китай, и из страны крайне к нам расположенной и дружественной сделает страну нас ненавидящую вследствие нашего коварства... Первые русские солдаты сошли на берег Порт-Артура раньше подписания договора с китайцами. Их перевёз сюда из Владивостока транспорт «Саратов». В гарнизоне этого города ничего не знали о том, что происходило в Китае, и перевозка оказалась абсолютно неожиданной, никто не имел понятия, куда и зачем отправляется небольшой сводный отряд, пока не показались берега Квантуна. ...Первый эшелон десанта отправился на берег сразу же после того, как из города вышли стоявшие там 2 000 китайских солдат. Местные жители немедленно начали растаскивать оставленное имущество. ...Для многих русских дипломатов это приобретение было настолько неожиданным, что некоторое время в ходу была шутка, что Порт-Артур был назван в честь русского посланника в Пекине А.П. Кассини. ...Хотя строительство укреплений Порт-Артура началось ещё в 1899 г., оно постоянно прерывалось из-за систематических срывов в финансировании и воровства. В городе не хватало помещений для войск, и их пришлось размещать крайне тесно, ...стеснённость, скверное качество воды и тяжёлый климат привели к росту заболеваний, среди которых самыми распространенными были дизентерия и тиф». Наверное, это всё была правда, подмеченная и цепким взглядом фотографа, и в беседах с местными офицерами. Но вот кому она была нужна, да ещё от какого-то периферийного фотографа?..

Известно, что его фотоателье в Иркутске работало до конца 1883-го, после чего помещение занял «бывший польский ссыльный П.А. Милевский», а г-н Динесс покинул город и навсегда исчез с исторического горизонта.

...Эти краткие истории об Агнии и Валериане кое-что, конечно, проясняют — но вопросов не становится меньше! Главный: Динессы путешествовали в одно время по одним и тем же местам — неужели порознь? Факты говорят, что да. И были даже незнакомы друг с другом? Данных об этом нет. Так что же? Да ничего. Тайны тайнами и останутся, и в этом также — очаровательная мистика нашего далёкого прошлого...